WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 20 |

«М57 МИГРАЦИОННЫЕ МОСТЫ В ЕВРАЗИИ: Сборник докладов и материалов участников II международной научно-практической конференции Регулируемая миграция – реальный путь сотрудничества между ...»

-- [ Страница 10 ] --

EU actions focusing on migration-related problems in Central Asia often do not involve any constructive cooperation with other international actors. On one hand, this trend might well support the argument that the EU would like to be the sole source of migration governance in the regions that present some sort of strategic interest in terms of soft security risks. On the other hand, this dynamic might also hint to a conclusion that the main goal of the EU is not to effectively solve declared problems but to significantly strengthen its presence in the region and its involvement in various domestic affairs of the five Central Asia states through, among others, the use of functional cooperation in migration sphere (and JHA more broadly). This presence versus impact dilemma might well be one of the biggest challenges for the EU migration governance efforts in Central Asia and in other regions of the world.

References

1. Gavrilis, G. (2011) Border Management Assistance and Global Mobility Regimes:

Evidence from Afghanistan, Bosnia and the Central Asian Republics, in Koslowski, R. (2011, ed) Global Mobility Regimes. New York: Palgrave Macmillan.

2. Kavalski, E. (2010) Uncovering the “New” Central Asia: The Dynamics of External Agency in a Turbulent Region, in Kavalski, E. (ed) The New Central Asia: the Regional Impact of International Actors. World Scientific Publishing Co.

3. Roy, A. (2008) Virtual regionalism, regional structures and regime security in Central Asia, Central Asian Survey, 27 :2, 185-202.

4. Betts, A. (2011) Introduction: Global Migration Governance, in Betts, A. (ed) Global Migration Governance, Oxford University Press.

5. Foresight: Migration and Global Environmental Change (2011) Final Project Report. The Government Office for Science, London.

6. Ivakhniouk, I. (2003) “Eastern Europe: Current and Future Migration Trends”.

Key Paper for the 4th Regional Conference on “Migration Policies on the Eve of the EU Enlargement: What Challenges for Future Co-operation within the East European Region”, Kiev, 9-10 October 2003, Council of Europe, Strasbourg, France.

7. Martin, S. and Callaway, A. (2011) Human Trafficking and Smuggling, in Betts, A. (ed.) Global Migration Governance. Oxford University Press.

8. Jackson N.J. (2005) The trafficking of narcotics, arms and humans in post-soviet Central Asia: (mis)perceptions, policies and realities, in Central Asian Survey, No. 24: 1, Pp. 39 – 52.

9. Charillon F. (2004) “Sovereignty and Intervention: EU’s Interventionism in its‘Near Abroad’”, in Carlsnaes et al. Cox, Michael (ed.), E.H. Carr. A Critical Appraisal.

London and New York: Palgrave.

10. Council of the European Union (2007), The EU and Central Asia: Strategy for a New Partnership, Document 10113/07, Brussels, 31 May (endorsed by the EU Council Presidency Conclusions of the Brussels European Council, 21-22 June 2007).

11. European Union (2007b) Central Asia Indicative Programme for 2007-2010.

Brussels.

European Commission (2007) Applying the Global Approach to Migration to the Eastern and South-Eastern Regions Neighbouring the European Union. COM (2007) final. Brussels: European Commission, 16 May 2007.

12. European Commission (2011a) Global Approach to Migration and Mobility.

COM(2011) 743 final, Brussels: European Commission 18 April 2011.

13. Wunderlich, D. (2011) Europeanization through the Grapevine: Communication Gaps and the Role of International Organizations in Implementation Networks of EU External Migration Policy, Journal of European Integration, Volume 34, Issue 5.

14. ILO (2011) Project Evaluation Summary: Regulating Labour Migration as an Instrument of Development and Regional Cooperation in Central Asia – Kazakhstan, the Kyrgyz Republic and Tajikistan.

15. European Commission (2011b) European Union – Central Asia Development Cooperation Report. Brussels: EuropeAid.

16. IFRCRCS (2011) Interview with two members of staff, Regional Representation for Central Asia, IFRCRCS, Almaty, 07.04.2011.

17. SIDA (2006) Anti-trafficking activities in Central Asia financed by Sida. SIDA evaluation 06/30, SIDA: Department for Europe.

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ТРУДОВОЙ МИГРАЦИИ

РЕПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

(Исследование проведено в рамках НИР № 20113178) Для Республики Беларусь характерны небольшие объемы официально регистрируемой трудовой миграции. В 2011 г. на основании трудовых договоров и контрактов выехало 5522 чел. (в 2010 г. – 5066 чел.) (рис. 1). В целом, за 2000-2011 гг. из республики выехало 61,5 тыс. трудовых мигрантов, что почти в 2 раза больше, чем прибыло. При этом впервые за всю историю учета и мониторинга трудовой миграции в 2009-2011 гг. импорт рабочей силы в страну превысил ее экспорт.

Основной поток белорусских трудящихся-мигрантов на работу за пределы страны обеспечивает г. Минск – 68,4%. Это объясняется тем, что здесь сосредоточено подавляющее большинство фирм, имеющих лицензии на трудоустройство граждан Республики Беларусь за рубежом. Кроме того, в городе сконцентрирована основная часть студенческой молодежи, активно уезжающая на сезонные работы за границу.



Значительные изменения произошли в структуре возрастного состава выезжающего на работу за границу населения по договорам и контрактам:

более чем в 1,3 раза снизилось число мигрантов в возрасте до 24 лет и более чем в 2 раза увеличилось – в возрасте старше 30 лет. При этом более 60% всех выехавших на основе официально подписанных договоров и контрактов на работу в другие страны составляют лица в возрасте до 24 лет. Самой мобильной является группа лиц в возрасте 20-24, на которую приходится 41,5% всех выехавших.

Рис. 1. Динамика потоков внешней трудовой миграции за 2000-2011 гг.

Наибольший удельный вес в общей численности выезжавших за границу составляют граждане, имевшие до выезда оплачиваемую работу – 43,1%. Также значительную долю в общей численности трудовых эмигрантов занимали граждане, до выезда получавшие стипендию и находящиеся на иждивении – 23,5% и 26,1% соответственно. Принимая во внимание, что лица, находящиеся на иждивении в большинстве своем являются студентами, можно сделать вывод, что в составе выезжающих по договорам и контрактам на работу в другие государства преобладают студенты.

В целом, в анализируемом периоде среди выезжающих граждан возросла численность и доля лиц, находящихся на иждивении (более чем в 1,5 раза), а также лиц, имеющих оплачиваемую работу. В то же время, как абсолютно и относительно почти в два раза сократилась численность выезжающих за границу студентов, что обусловлено усилением государственного контроля над процессами внешней трудовой миграции. Незначительным остается число трудящихся-мигрантов, имевших до выезда в качестве основного источника средств существования пособие по безработице – 0,2% от общего числа выехавших трудящихся-мигрантов на работу за границу.

Таким образом, уезжают на работу за рубеж, как правило, те, кто уже занимает определенное место на национальном рынке труда, отсюда снижается напряженность на рынке труда. Данное обстоятельство в определенной мере могло бы способствовать снижению уровня безработицы в республике, если бы одновременно не обостряло проблему, так как в большинстве случаев для подготовки высококвалифицированного специалиста, требуется время и значительные финансовые затраты.

Наиболее привлекательной страной внешней трудовой миграции для граждан республики является Россия, на долю которой приходится порядка 77,0 % общего числа мигрантов. По роду занятий от общего числа выехавших из страны трудящихся-мигрантов по договорам и контрактам в Российскую Федерацию в 2011 г. на долю квалифицированных рабочих и специалистов приходилось 46,4 %, рабочих сферы обслуживания – 23,2 % и рабочие специальности – 22,0 % (рис. 2). При этом наиболее массовый отток наблюдается среди строителей.

обслуживания Рис. 2. Распределение граждан Республики Беларусь, выехавших на работу по договорам и контрактам в 2011 г., по роду деятельности, в процентах.

Наряду с выездом на работу по контрактам, заключенным с фирмами, имеющими лицензии на экспорт рабочей силы, имеет место нелегальная трудовая миграция, когда люди выезжают в страну по туристическим или гостевым визам, а затем устраиваются на временную работу. Основной поток нерегистрируемых трудящихся-мигрантов направлен в близлежащие страны СНГ – Российскую Федерацию и Украину, что обусловлено рядом факторов, главные из которых – безвизовый режим выезда, близость культуры и отсутствие языкового барьера.

По оценкам специалистов, количество выехавших на временную работу за пределы страны в 10 раз превышает официальные данные. При этом оценки численности трудовых мигрантов колеблются в широком диапазоне. Так, по данным МОТ, численность мигрантов из Беларуси составляет 12-14 тыс. чел.

Итоги переписи населения России 2002 г. показали, что официально работали в стране более 100 тыс. граждан республики. По данным Всемирного банка, численность трудовых мигрантов республики оценивается в 400 тыс. чел. По экспертной оценке директора Федеральной миграционной службы России, количество трудящихся-мигрантов, выезжающих из Республики Беларусь в Российскую Федерацию, составляет порядка 60 тыс. чел. По расчетам специалистов НАН Беларуси, число трудовых мигрантов из страны более чем в 30 раз превышает официально регистрируемую трудовую миграцию и оценивается в 150 тыс. человек ежегодно. Такое значительное расхождение данных свидетельствует о несовершенстве существующего в стране учета трудовой миграции, что затрудняет дать оценку влияния данного процесса на социально-экономическое развитие республики.

При обосновании численности трудовых мигрантов Беларуси использовались данные переписи населения 2009 г., которые показали, что за пределами страны работало 41,8 тыс. чел., свыше 90 % которых в России (37,7 тыс.

чел.). Это в 10 раз больше, чем по данным текущей статистики. Так, в 2009 г.

из республики выехало по официально оформленным договорам и контрактам 4178 чел. Таким образом, общее число трудовых мигрантов в 2012 году может составить порядка 60-70 тыс. человек.

Вторая не менее актуальная проблема – отток квалифицированных кадров за пределы республики в связи с образованием Единого экономического пространства (ЕЭП). Следует отметить, что унифицированный правовой режим в части трудоустройства уже более десяти лет действует между Беларусью и Россией в рамках Союзного государства. С января 2012 г. к такому регулированию временного трудоустройства присоединился Казахстан. При этом обмен трудящимися-мигрантами между Республикой Беларусь и Республикой Казахстан характеризуется незначительными объемами.





Сложившаяся ситуация на валютном и финансовом рынках республики в 2011 г. оказала непосредственное влияние на уровень развития экономики, привела к оттоку квалифицированных кадров за рубеж, в частности в Россию и Казахстан, где оплата труда значительно выше. В настоящее время в России и Казахстане уровень средней заработной платы выше в 1,7 и 1,5 раза, чем в Республике Беларусь (таблица).

Уровень средней заработной платы в странах ЕЭП По оценке руководителей промышленных организаций, в 2011 г. в среднем по республике каждый четвертый из числа уволившихся связывал свое увольнение с выездом на работу за рубеж. Наибольшее их число отмечается в областях, граничащих с Россией, – Витебской, Гомельской и Могилевской.

Так, в сельскохозяйственных организациях основной причиной увольнения работников (54,5%) является низкая заработная плата. Второе место (12,1%) занимает причина сложных отношений в коллективе, третье – выезд на работу за границу (11,3%). Аналогичная ситуация наблюдается в строительстве, где почти 55,3% работников уволились в связи с низкой заработной платой, 29,0% в связи с выездом на работу за границу и только 4,1% в связи с отсутствием возможностей для карьерного роста. В производстве и распределении электроэнергии, газа, пара и воды 70,3% работников уволились в связи с низкой заработной платой и 25% связи с выездом на работу за границу (рис. 3).

Рис. 3. Основные причины увольнения работников организаций, % Важнейшим социально-экономическим фактором, влияющим на миграционные процессы является уровень доходов населения. В этой связи реализация системы мер, направленных на регулирование миграции трудовых ресурсов из республики в сопредельные страны должна включать: совершенствование системы учета миграционных потоков, прежде всего, внутри ЕЭП; формирование единой автоматизированной базы данных о миграционных потоках стран ЕЭП, позволяющей проводить мониторинг и прогнозирование миграционной ситуации; увеличение оплаты труда до уровня, сопоставимого с уровнем заработной платы работников аналогичных видов экономической деятельности сопредельных государств; предоставления отдельным высококвалифицированным специалистам в полном объеме социального пакета, в том числе строительство жилья.

FROM OUTSIDE TO INSIDE THE EU:

AN OVERVIEW OF ROMANIA'S POLICY CHOICES

TO ADDRESS EMIGRATION

One of the first papers about Romanian migration policies was suggestively named: "Migration policies for Romania within the European Union: Navigating between Scylla and Charybdis" (Baldwin-Edwards, 2005). The title points to the contradictions surrounding a complex policy making process. I do not take here further the direction followed by the mentioned author. I am not interested in the whole process of migration policymaking in Romania. It incorporates, as the country can be primarily defined as an emigration one, two distinct sets of measures: one concerning the immigration and another one concerning the emigration.

If the former has developed more as a consequence of joining EU (the immigrants continue to count for a very low percentage out of total population in Romania), the latter has had a more complex dynamic (at the end of the 21st century Romania was already one important source for intra-European migration on East-West direction). Instead, I am interested in Romania's policy choices to address emigration. The tension between opposite tendencies and interests seem to be a fundamental characteristic of the migration policymaking of the country, discernible even when one discusses about its smaller segments (as only emigration dimension). In this dimension, the tensions primarily arise from the position of Romania as an important European labour exporting country striving to integrate and then integrating into EU. The main aim of the paper is to highlight these tensions, following the most important phases of the policy making process in connection with emigration development and the process of joining EU. First section of the paper describes in short the development of Romanian emigration; the second discusses the main type of measures Romania adopted to manage it. The analysis heavily relies on existing literature, on text of the laws and the official justification behind passing them.

A short overview of Romanian migration after 1990. Romania is one of the areas with a relatively short history of international migration. After the Second World War, Romanians' participation in the international circulation of people can be mainly characterised as scarce. After 1950, while the Northern Part of Western Europe received large inflows or workers, the country has been staying in a relative international isolation: during the communist times, only the ethnic unmixing migrations (Brubaker, 1998) have involved a considerable number of Romanian citizens.

During 1950-1992, the flow directed to the former Federal Republic of Germany has attracted more than 400,000 individuals (Fassmann & Munz, 1994, 254). Departures have accelerated after 1970, when Romania concluded several bilateral agreements with FRG, allowing to the German ethnics to leave its territory in the exchange of some economic advantages (Diminescu, 2009, 7). During 1950-1992, about 500,000 Jewish ethnics have left Romania for Israel and US (Fassmann & Munz, 1994, 254)1. The migration of Hungarian ethnics started much later (around 1988) and it has never reached the scale of the two other flows (Fassmann & Munz, 1994; Brubaker, 1998).

In Romanian case, the migration of asylum seekers and refugees did not borrow the consistency of movements from other former European communist countries (e.g. Poland, Check Republic, Hungary). Hungarian revolution of 1956, Prague Spring (1968), the declaring of martial law in Poland (1981) were events giving rise to substantial movements of political refugees (Fihel et al., 2006, 2).

From Romania, seeking international protection was more the strategy of isolated individuals, striving to find their own way to Western democracies.

Romania has neither participated in the great European migration of the 1950's-1970's. The departures for work abroad were strictly controlled by the state, developed within the frame of small programmes for mobility agreed with other European communist countries or the Arab "friend" ones.

Apart from other European communist countries, during the 1980's – the final decade of Ceausescu's dictatorship, Romania has experienced an accentuated international isolation: the state exercised a harsh control on the exits and entries out/in the national space, reducing the international mobility of people to its uttermost.

After 1989, one can discuss about a process of "normalization" of the international circulation of persons. Even though relatively recent, the Romanians’ migration abroad has already had a complex enough history to allow the split of its development in different phases. Using different data sources, academics have proposed several approaches (see Sandu et al. 2004; Sandu, 2006, Sandu 2010, Diminescu, 2003; Baldwin-Edwards 2005). The differences between them can be evaluated as minor: all discuss a very first phase at the beginning of the 1990's dominated by the ethnic return migration, permanent emigration and low presence of economic migration; a second phase – characterised by the growing migration for work and a concomitant diminishing of permanent migration. 2002 (once the Schengen visas lifted for Romanians) points to the start of a new, third phase, marked by an unprecedented increase in the number of departures for work heading for European space, especially Southern countries (Italy and Spain).

                                                             For a similar period, 1948-1989, R. Ioanid put forward a different estimation, consistently smaller: 280.107 individuals (2005, 203) Being the current prevalence of economic migration, I use as a starting point in describing the development of Romanian emigration during 1990-2007, D. Sandu's work (2006, 2010). Based on survey data collected in the origin country, the approach mainly refers the departures to work abroad.

The period 1990-1995 is today assessed as one of the Romanians' “primary explorations” of the international space (Sandu, 2010, 84), characterised by a large diversity of migration types, destinations that have lost their attraction power and rapid changes in the dominance of migration types. The beginning of the 1990’s belonged to ethnic migration. The German and Jewish ethnics’ migration to their nation states has prevailed. Pulled by the active policy of encouraging immigration of the destination states, these departures marked the final period of flows initiated during communism or even earlier. German ethnics’ departures were the consistent part of this migration. During the first three years after 1989, about 140,000 Romanian citizens of German origin have left Romania (Diminescu, 2003, 4). Starting with 1993, the flow has consistently diminished (OECD, 2003), on one side because of the substantial reduction of the migration reservoir (the German population living in Romania was already reduced and aged), on the other side because of the re-definition of the destination country program (Martin, 2004).

Partially ethnic in its character, somehow expected if one takes into account the dimension of the Hungarian ethnic minority in Romania and the policy towards the Hungarians abroad promoted by the Hungarian state, the flow to Hungary rises classification problems. Ethnic unmixing migration is based on a powerful ethnic selectivity promoted and encouraged by the "mother" nation state's policy. In the case of Hungarian ethnics' living in Romania, the Hungarian state actively encouraged identification processes without necessarily encouraging the "return" (Fox, 2009). Specifically because of this, migration of the Hungarian ethnics to Hungary can be more considered as work migration, with the advantage of a rapid integration on the host labour market, facilitated by the language and cultural similarities (Horvath, 2009).

The same period (1990-1995) is one of the first Romanians' attempts for work migration. Turkey and Israel were the main destinations (Sandu, 2010). In the case of Turkey, the suitcase migration was the strategy opening the way for work migration.

Israel founded in Romania the needed replacement of the workforce recruited in its neighbouring region (Diminescu, Berthomiere, 2003). Germany, Hungary and Italy are "second rank" destinations for the same period (Sandu, 2010).

During the first years of the 1990's, the forth and back movements, on short term basis, for petty commerce to the neighbouring countries (former Yugoslavia, Poland, Hungary, Turkey, Republic of Moldova) has substantially developed. Once the fall of the communist regime, hundreds of thousand Romanians were involved in “suitcase migration”. The practice was not performed in the long run – around 2002 the petty trade was restricted to the bordering areas (Sandu et al., 2004), but it probably has had an important structuring impact on Romanian emigration: for many Romanians the petty trade was only the first phase of migratory trajectories heading for Western Europe (Diminescu, 2003).

In the middle of the 1990’s, the patterns began to change: work migration, mostly spontaneous, gained momentum as main migratory type and the departures headed for the Southern areas of Europe. Italy became the main destination country, followed by Israel. Spain also started to attract more and more Romanians (Sandu, 2006).

The restrictions imposed by Israel on Romanians’ access to its labour market in the second part of the 1990’s and the freedom to travel into the Schengen space without a visa (starting with the 1st of January 2002) are the events facilitating the transition to a new phase.

Starting with 2002, the departures abroad mainly head for two destinations:

Italy and Spain (Sandu, 2010). It is about migrations developed on the basis of migration networks, pushed by the poor performance of the Romanian economy after 1990, pulled by the needs of the destination countries labour markets, migration projects managed on the edge of legality. Germany and Hungary, well behind Italy and Spain as number of departures (ibid), has continued to attract Romanians.

They are the few destinations to resist to the changes within the Romanian migration system during the first decade of its development.

In 2007, Romania’s accession to the EU opened the perspective of a new, fourth phase (Sandu, 2010). For Romanians, the achieved right of free circulation as European citizens has reduced once again the risks and costs associated with migration to the EU countries. Although the stock of Romanians living abroad has increased, the estimations do not point to a process similar to 2002: if for 2006, the estimations indicate 2.2 million Romanians living abroad, two years later, in 2008, the figure increased to 2.8 million (Sandu & Alexandru, 2009).

Economic global crisis, seriously affecting the main destinations of Romanian migration, pushed a part of Romanians back home. The few studies available on the phenomenon (see Stoiciu, 2011) do not point to a massive return.

Developing policies to address emigration. In one of his papers on migration policymaking, G. P. Freeman states: "The dynamics of migration flows foster misperceptions about their characteristics and consequences that amount to a systematic tendency toward 'temporal illusion'" (1995: 883). The author was referring the host societies’ tendency to underestimate the phenomenon pace of development and effects in the long run. Yet, his statement seems to equally apply to the origin areas: until the end of the former century, the emigration was mainly a silent characteristic of Romanian society. The first research projects and academic papers referring it were initiated/published around 2000 (erban, 2011). IOM Romania’s project (2001) aiming to provide a first picture of Romanian emigration (see Sandu, 2000 on this), the results of the second census (2002) after 1990 and results of some surveys (especially Public Opinion Barometer series of the Soros Foundation) were the basis to make available to the public the first estimations of the number of Romanians living/working abroad. In 2000, without being noticed, the economic migration has already drawn hundreds of thousand Romanians abroad (for the beginning of 2001, B. Voicu (2005) estimates the number of Romanians working abroad at about 580,000 individuals and migration experience for about 10% of the households).

Even though the emigration was substantive at the end of the century, until 2000, the interest for migration policies (either in the form of immigration or emigration) was marginal in Romania (see also on this Baldwin-Edwards, 2005;

Lzroiu, 2003; Constantin et al., 2004).

Yet, in my opinion, the period of 1990-1999 can be identified as the first phase in the migration policymaking process, one characterised by a laissez faire attitude towards emigration, but by a consistent effort to create the system of rules and institutions to deal with persons’ rights to move.

At the end of the communist period, Romania found itself in an accentuated international isolation, without the experience of managing the free travel abroad of its own citizens. The country lacked the system of rules and institutions specific to democratic governance, able to secure the exercise of basic rights concerning the international circulation of persons. The first decade after 1990 was mainly one of construction in this direction. The process was slow and difficult. The period was one of intense circulation abroad for Romanians (see the previous section) and the authorities should continuously adapt the newly created rules to the reality of a population more and more mobile. Yet, stating the complete lack of preoccupations concerning emigration would be false. Several measures, reactive in their essence, mainly concerning the temporary contract emigration have been implemented.

During 1990-1999 Romania has signed few bilateral labour agreements (Diminescu, 2004, erban & Stoica, 2007), most of them with Germany. The agreements were part of the (new) German recruitment program implemented at the beginning of the 1990's2 (Castles, 2006).

In 1996, the first structure (a special commission) dealing with the protection of the Romanians working abroad was created under the umbrella of the Ministry of Labour and Social Protection. It was more a response of the authorities to repeated media reports on the abuses of the companies recruiting Romanian workers for Israeli labour market. The Commission was strictly in charge with controlling the companies mediating the contract migration to Israel. There was no extension of its activity to the companies recruiting Romanian workers for other destinations.

The year 2000 was the starting point of one of the most important processes defining the post-1989 country development: then, EU initiated accession negotiations with Romania. The event can be also considered as marking the beginning of a new phase in the migration policy making of the country.

In the perspective of EU accession, Romania has had to implement consistent reforms to adapt to the acquis communautaire. Even though, as M. Baldwin-Edwards points, "the acquis has little or nothing to say" (2005: 1) on emigration or return migration, starting with 2000 Romania has intensified the actions concerning the international circulation of its own citizens. The interventions were not so much related to the aquis but to the pressure of the EU’s member states, fearing an uncontrolled invasion from one of the poorest and most populated non-EU countries of the continent. The supranational structure to which Romania was striving to integrate was including the main destinations of Romanian emigration.

In the context of highly restrictionist migration policies of the post-guest worker                                                              Even though the first agreement was signed no later than 1991, Romanians' participation to the overall German program was rather marginal (Castles, 2006).

period in Europe (Castles, 2006), the expansion of unregulated economic migration of Romanians was a challenging perspective. Pressures for controlling and regulating the departures, especially before signing the accession treaty (2005) profoundly shaped the Romanian state's choices in managing its emigration.

Two major areas of intervention can be identified. The first, most consistent, was directed to enhance the temporary (contract) emigration for work, including here the efforts to protect Romanians while working abroad. The second was directed to strengthen the control of exits and returns in the country, as an indirect mean for controlling spontaneous emigration. The two directions were related one to another, both heading to reduce the irregular component of the Romanian migration abroad.

Under the first direction, several types of measure were adopted. The first type was directed to the control of the recruiters acting on Romanian market. Even though, out of total of Romanians departures abroad the share mediated by recruiting companies seemed to stay each year at a low level (OECD, 2007), the intervention is justified from the perspective of protecting the workers. A second type consisted in inserting the Romanian state as a direct participant on the recruitment market. The Office for Labour Migration Abroad was set up in 2002 under the umbrella of the Ministry of Work and Social Protection and became the main institution in charge with implementing the bilateral labour agreements signed by Romania. The effort to sign bilateral agreements also accelerated (Diminescu, 2004; erban & Stoica, 2007), but, in fact, the only new consistent agreement was concluded with Spain (at the time of signing the agreement, Spain was already one important destination for spontaneous migration). During the entire period its functioning (2002-2007), the Office has increased its activity, reaching a maximum of 53,029 contracts mediated in 2006 (90% of departures heading to two countries:

Germany and Spain) (erban, 2011). Yet, if one connects this figure with the estimated number of Romanians working abroad for the same period, the Office activity can be mainly characterised as minor.

Maybe more important than involving in mediating departures abroad, the Romanian authorities have tried to design a system of protecting from origin area Romanians working abroad. Changes in the attribution of the Ministry of Labour and Social Work and the set-up of new institutional structures (The Department for Romanians Working Abroad with its attached Body of Attachs on work related and social problems) have had as goals to raise the awareness of Romanians about the risks of illegally working abroad, helping them to find the appropriate employment outside the country, and offering them consultancy in work-related problems at destination.

The second big direction followed during the 2000-2006 includes more unspecific interventions, designed to control spontaneous migration through controlling exits and returns.

The control Romanian authorities exerted on exits during 2002-2006 is probably one of the most interesting type of measures introduced in the attempt to manage emigration from origin. Even though, Romania is a democracy guaranteeing to its citizens the right of free exit and return to the country through Constitution, at the end of 2001, a Government Ordinance imposed some conditions to be met by travellers going out of the country "for private reasons". Basically it was about proofs that while travelling abroad the individuals have means to secure their stay and return. In the case of those unable to meet the conditions, the custom officers could deny the right to exit the country. The imposed measures are in clear connection with, at that time envisaged visa free circulation of Romanians into the Schengen Space. Romanian authorities justified them by EU’s members’ pressure to level down Romanians’ irregular movements. The interesting aspect is that Romanian authorities basically took over the remote control function (Zolberg, 2006) of the visa system of destination countries. It seems that Romania was the only country of those joining EU in the last two waves (2004 and 2007) implementing this kind of restrictions. The consequences on migration are difficult to evaluate, but rising the costs of departures, the measures reduced the easy access to migration. Definitely they boosted the development of the "industry of migration" (Castles, 2007) in Romania (especially in the transportation field), opening a new market for those able to speculate the discrepancy between the pressure to migrate and the limited access to migration.

The control of exits can be interpreted only in conjunction with another set of measures aiming to press Romanian citizens to conform the conditions of visa free circulation within the Schengen Space. Restrictions of the right of free circulation were the main mechanism for sanctioning those individuals returning to the country on the base of a readmission agreement or “overstaying” in the Schengen Space. If the first provision affected a relatively limited number of persons (out of the total migration), the second probably had a contribution in shaping the length of stay abroad, at least since 2003 on. Restricting the right of free circulations had the meaning of blocking for a period of time a new exit out of the country. As any measure of this type, it probably negatively affected the circularity of movements (Agunias & Newland, 2007), pressing migrants to remain at destination until regularising their status in the host country.

In 2007 Romania joined EU as a full member. The event is marking the start of a new phase in the migration policy making. The number of Romanians living abroad was already substantial and a new increase was expected at that time as a consequence of the new reduction in the costs and risks of migration. The same old fear of invasion surrounded the accession. In 2007, except for Sweden and Finland, none of the other old members of the EU opened their labour market for Romanians. Again, data about Romanian migration contradicted the fears. This time, Romanian authorities proved less sensitive to the signals of concern, embracing the idea of “mobility” and not “migration”. As the bulk of Romanian migration was heading for European destinations and Romanians had the right of free circulation as European citizens, the interest for work migration substantially diminished. The institutions set up during the pre-accession period to directly manage the work migration were simply re-organised and their duties were taken over by other existing structures of the Ministry of Labour and Social Protection. The National Agency for Employment took over the task of managing the bilateral labour agreements and EURES system become the new mean of putting into practice the contract mobility.

If after accession to the EU the interest of the Government in mediating contract migration has diminished, the interested in Romanian communities living abroad has consistently increased.

The triggers for the new adopted direction of the policy are both external and internal. At the end of October 2007, G. Reggiani, an Italian citizen died after spending two days in a hospital as a victim of a rape. The aggressor was identified as R. Mailat, Romanian citizen living in Italy. The event was triggering a large wave of protests and heated debates in Italy ending with the passing of a decree (Decree Law 181 from November 1) allowing for the expulsion of the EU's citizens considered a threat for the public security. Romanian authorities reacted to the passing of the Decree and in the same month (November 2001), a Government Decision establishes a plan of actions to support the Romanian citizens living in Italy. The extensive plan includes measures heading to manage the consequences of the Italian decree (as sending Romanian policemen in Italy to collaborate with Italian authorities), but also point to a broader concern to improve Romania's image abroad and to facilitate the insertion of the Romanian migrants into the host society. Although specifically concerned with Romanians living in Italy, the plan can be considered as a first step in a direction developed one year later, in 2008.

During 2007-2008, after several years of continuous economic growth under the conditions of a highly developed emigration, some economic sectors started to grapple with labour shortages (erban & Toth, 2007). Several envisaged solutions were publicly debated (i.e. converting/raising rural labour force participation, raising immigration quotas, luring migrants to return home (Voicu et al., 2008)). In this context, in February 2008, Romanian Government adopted “The plan of measures regarding the return of Romanian citizens working abroad”. Even though the plan was including three main points (i.e. better knowledge about migration for work; informing and recruiting Romanians living abroad to work in Romania and stimulating circular migration), during 2008, Romanian authorities have invested effort in achieving only the second one. The result of the measures implemented in 2008 are difficult to evaluate, as one year later, hit by the effects of the economic crisis, Romania renounced to encourage the migrants coming home. Or as one newspaper3 commented on some of President Traian Bsescu’s statements: “The Presidential invitation for return home expired, Monday evening, at Budapest, after for month since it has been released.” Concluding remarks.

At the beginning of the 1990’s, after years of isolation during communism, Romanians were learning the rules of international circulation. The available models of mobility were scarce, but migration abroad has developed fast and by the end of the 20th century, the country was already one of the important sources of intra-European flows. Economic migration, mainly spontaneous and heading for European countries prevailed. If the population easily learned the rules of traveling and working abroad, Romanian authorities reacted slowly to the changes. During                                                              Cotidianul, 02.09.2009, http://old.cotidianul.ro/basescu_catre_romanii_din_strainatate_nu_mai_am_ curajul_sa_va_invit_sa_va_intoarceti_acasa-72171.html, accessed 01. the first decade after 1990, the main efforts were directed towards building a system of rules and institutions to manage the circulation of persons. Emigration has mainly grown unnoticed.

The beginning of the new millennium brought an important change. Romania started the negotiations to join EU. The process profoundly affected the country. It created the need of an accelerated process of reforms to adapt to the acquis communautaire. Moreover, after a long period of economic distress (see Zamfir et al. al, 2010), joining the supranational structure was widely supported by all political forces and the population (see Sandu, 2005). In this context, the Romanian authorities became more open to the pressures coming from European partners of negotiation.

2000 can be considered the starting point of a new phase in the migration policymaking. The prospect of a visa free circulation in the Schengen Space starting with the 1st of January 2002 increased the attention paid by authorities to international migration. Efforts to regulate the activity of companies recruiting Romanians to work abroad were accompanied by taking actions to accelerate the signing of bilateral labour agreements and to create new institutions to deal with contract migration. A second direction of action, more controversial, imposed conditions on the exit of Romanian citizens out of the country and used the limiting of the free right of circulation as mean to control the conformity of the stay abroad with the established rules. Although, all interventions headed to reduce the spontaneous economic migration, the phenomenon experienced a substantial increase, accompanied by a tendency of concentration at the level of few European destinations (Italy and Spain).

The accession to the EU put the premises for a new phase in the process of policymaking. The interest in starting phase of the labour migration decreased, as Romanians, also European citizens had the right to freely travel abroad. Instead Romanians living abroad were more incorporated into the policies as part of the nation, to be protected or convinced to return when needed.

Under the conditions of the current economic global crisis, it is difficult to anticipate if Romanian authorities will continue to keep on the long run the policy directions established after 2007.

References

Agunias, D.R. & Newland, K. (2007). Circular migration and development: trends, policy routes, and way forward. Migration Policy Institute.

Baldwin-Edwards, M. (2005). Migration policies for a Romania within the European Union: navigating between Scylla and Charybdis. Mediterranean Migration Observatory, UEHR Working Papers.

Brubaker, R. (1998). Migrations of Ethnic Unmixing in the "New Europe". International Migration Review, 32(4): 1047-1065.

Castles, S. (2006). Guest workers in Europe: A resurrection?. International Migration Review, 40(4): 741-766.

Constantin, D. L. et al. (2004). The migration phenomenon from the perspective of Romania’s accession to the EU. Bucharest: European Institute Diminescu, D. & Berthomiere, W. (2003). La saison prochaine a Jerusalem. In D.

Diminescu (ed.). Visible mais peu nombreux. (p. 117-136). Paris: Editions de la Maison des Sciences de l’Homme.

Diminescu, D. (2003). Introduction. In D. Diminescu (ed.). Visible mais peu nombreux. (p. 1-26). Paris: Editions de la Maison des Sciences de l’Homme.

Diminescu, D. (2004). Assesment and evaluation of bilateral labour agreements signed by Romania. In OECD. Migration for employment – Bilateral agreements at a crossroads. OECD Publishing.

Diminescu, D. (2009). The difficult exercise of free circulation: an introduction in recent Romanians’ migration. In R.G. Anghel & I. Horvath (eds.) Sociology of migration.

Theories and case studies in Romania (p. 45-64). Iai: Polirom (in Romanian).

Fassmann, H. & Munz, R. (1994). European East-West Migration, 1945-1992.

International Migration Review, 28(3): 520-538.

Fihel, A.; Kaczmarczyk, P. & Okolsky, M. (2006). Labor Migration from the New EU Member States. World Bank EU8. Quarterly Economic Report. Part II: Special topic.

Fox, Jon (2009). From national inclusion to economic exclusion: work migration of Hungarian ethnics to Hungary. In R.G. Anghel & I. Horvath (eds.) Sociology of migration.

Theories and case studies in Romania (p. 105-128). Iai: Polirom (in Romanian).

Freeman, Gary P. (1995). Modes of immigration politics in liberal democratic states. International Migration Review, 29(4): 881-902.

Horvath, I. (2009). Aspects of migration culture in Romania. In R.G. Anghel & I.

Horvath (eds.) Sociology of migration. Theories and case studies in Romania (p. 156-175). Iai: Polirom (in Romanian).

Ioanid, R. (2005). Jewish ethnics ransoming. The history of secrets agreements between Romania and Israel. Iai: Polirom (in Romanian).

Lzroiu, S. (2003). More “out” than “in” at the crossroads between Europe and the Balkans. Vienna: IOM Martin, P. [1994](2004). Germany: Managing migration in the twenty-first century.

In W. Cornelius, T. Tsuda, P. Martin, J. Hollifield (eds.) Controlling immigration.

A global perspective. (p. 221-253). Stanford: Stanford University Press.

OECD (2003). International Migration Outlook. Paris: OECD.

OECD (2007). International Migration Outlook. Paris: OECD Sandu, D. & Alexandru, M. (2009). Migration and its consequences. In M. Preda (ed.) Risks and social inequities in Romania. (p. 287-304). Iai: Polirom (in Romanian).

Sandu, D. (2000). Romanians’ transnational migration from the perspective of a community census. Sociologie romneasc, 3-4: 5-52 (in Romanian).

Sandu, D. (2005). Eurobarometer 64.2. Public opinion in the European Union.

Fall 2005. National report. Bucharest: European Commission (in Romanian).

Sandu, D. (2006). Exploring Europe through work migration: 1990 – 2006. In D.

Sandu (ed.). Living temporarily abroad. Economic migration of Romanians: 1990 – (p. 17-40). Bucharest: Soros Foundation (in Romanian).

Sandu, D. (2010). Social worlds of Romanian migration abroad. Iai: Polirom (in Romanian).

Sandu, D. et. al. (2004). A Country Report on Romanian Migration Abroad: Stocks and Flows After 1989, Multicultural Center Prague.

erban, M. & Stoica, M. (2007). Policies and institutions of international migration: work migration from Romania. 1990 – 2006. Bucharest: Soros Foundation (in Romanian).

erban, M. & Toth, A. (2007). Labour market and immigration in Romaniaa.

Bucharest: Soros Foundation (in Romanian).

erban, M. (2011). The dynamic of international migration: an exercise on Romanian migration to Spain. Iai: Lumen.

Stoiciu, V. (ed). (2011). The impact of the economic crisis on migration of the Romanian labour force. Bucharest: Friedrich Ebert Stiftung Foundation (in Romanian).

Voicu, B. (2005). Pseudo-modern penury of Romanian post-communism. Social change and individuals’ actions. Iai: Expert Projects (in Romanian).

Voicu, O. et al (2008). Immigrant in Romania: perspectives and risks. Bucharest:

Soros Foundation (in Romanian).

Zamfir, C, Stnescu, I & Ilie, S. (eds.) (2010). Social Report of the Research Institute for Quality of Life. 20 years after: Options for Romania, Bucharest: ICCV (in Romanian).

Zolberg, A. (2006). A nation by design: Immigration policy in the fashioning of America. New York, NY: Russell Sage Foundation.

MANAGING MIGRATION IN TIMES OF ECONOMIC CRISIS –

CASE OF SPAIN

Recent trends in migration to Spain Spain has had a long and complex migration history, primarily as an emigration country and an exporter of labour. In the mid-1980s Spain experienced a visible reversal of migration patterns. However, it was only at the beginning of the 21st century that immigration underwent a spectacular upsurge. In 1999 there were approximately 750,000 foreign residents in Spain, representing only 1.86% of the population. The latest data indicate that in the beginning of 2012 there were more than 5.5 millions of foreign-born residents in Spain born which constitutes approximately 14% of the population. For several years migration policy in Spain has been vastly influenced by the demands of the booming economy. During the period of economic growth the market became the principle regulator of foreign labour force flows. State’s intervention was limited to regulating and channelling this influx into specific sectors. Those policies permitted to allocate vast numbers of foreign workers in the vacant semi and low-skilled jobs created in the period of the intense economic growth.

Spain is now deeply immersed in recession after its GDP contracted, resulting in the loss of tens of thousands of jobs, mostly in the construction and services sectors. With unemployment at about 25%, Spain is among the countries in Europe that have been worst affected by the economic crisis. To make matters even worse, the drastic budget cuts that have been undertaken by the centre-right government since the beginning of 2012 seem to have opposite effect up to now. As a consequence of the economic downturn for last few years growth of the immigrant population has been slowing down. The increase between 2010 and 2011 did not surpass the 70,000 mark. Between 2011 and 2012 the yearly increase was even smaller barely 60,000 (Arango et al., 2012).

The economic crisis that has affected Spain recently led to a profound transformation of its migratory model. This situation has generated tensions between policy mechanisms and current economic and social needs and demands (Ferrero Turrin y Lpez Sala, 2009). Therefore, successive Spanish governments made a considerable effort to reformulate many of the migration policy measures and adapt them to the new context. In the following sections I will outline principal changes in the Spanish migration policy undertaken as a response to the new economic and social conditions.

Management of labour force flows During the economic boom an increase in migratory flows and the demand for workers in certain economic sectors were accompanied by a series of initiatives designed to manage labour migrations. The main objective of this measure was meeting demands of the labour market (Aja et al., 2009). In this context, the emphasis on recruiting foreign workers abroad derived from this approach. The most importent instruments designed during the period of economic growth to manage labour migration to Spain and the access to the Spanish labour market ere (1) General System and (2) Collective Management of Hiring in the Countries of Origin (quota system)4.

When the economic crisis started the Spanish government has launched several political initiatives to counteract its negative effects on migration flows and migrant social and economic integration. Firstly, in order contain the arrival of new migrant workers the size of the foreign worker quotas was reduced considerably.

Secondly, the bilateral hiring agreements with the countries of origin has been suspended (Lpez Sala, 2010). Thirdly, in order to design new instruments adequate for the new economic context two reforms of the Spanish Immigration Law has been carried out in 2009 and 2011. The new legal framework established in 2011 restricts, among other measures, the geographical and sector scope for initial work and residence authorizations regulation (Arango et al. 2012). Finally, another measure undertaken consisted in restoring transitional period for the access to the labour market                                                              The General System is a mechanism of access to the Spanish labour market based on the demand of employers for workers to cover specific occupations for which there are no job-seekers. In general terms, to obtain a residence and work permit through this procedure, a specific job must be offered by an employer to a named individual residing abroad. Collective Management of Hiring in the Countries of Origin is a quota system developed by the Ministry of Labour. I takes into account the domestic employment situation and current demand on specific occupations. Each year the Ministry estimates the number of jobs that could be covered hiring abroad workers during a limited period of time (Requena y Stanek, 2010). In order to facilitate reuitement of foreign workers in their countries of origin, over the past few years a series of bilateral agreements were negotiated with Latin American, European and African countries (Ferrero and Lpez -Sala 2009).

of the Romanian nationals5. This decision was justified by the Spanish administration as a measure to reduce very large inflows of workers from this particular country into Spain at a time of extremely high levels of unemployment.

Voluntary return The second type of initiative aimed at assuaging the consequences of the economic crisis focused on creating incentives for migrants to return to their places of origin. There are currently three main programmes which deal with migrants willing to go back to their country of origin (Arango et al. 2012; Requena, Stanek 2010).

(1) Voluntary Return Program for Immigrants in Socially Precarious Situations (PREVIE). This program started in 2003 and has been aimed at non EU immigrants without resources who are living in a precarious social situation. This voluntary return program provides them a ticket back to their country of origin, as well as covering other travel expenses.

(2) Early Payment of Benefits to Foreigners Program (APRE). This program started in 2008 and is directed at unemployed migrants residing in Spain. It allows for the cumulative and advance payment of unemployment benefit to foreign workers who return to their countries of origin.

(3) Investment-based program aims to promote return and entrepreneurship, giving an additionally specific-project development grant (€1500- €5000).

Social and economic integration of immigrants Spanish administration introduced a set of measure that seeks to strengthen their social integration and civic inclusion by helping them exercise rights. In the Second Strategic Plan for Citizenship and Integration 2011-2014 (PECI II)6 was approved. It was design as an instrument aimed at strengthening social cohesion and ensuring equality of citizens in access to public services. PECI II aims to contribute to a two-way integration process through balanced interventions coming from the government authorities of as well as from civil society. In addition, several measures have been also developed on local level. Some local governments developed specific programmes for migrants especially for young migrants and women. Specific programmes for young migrants are implemented in the field of education and leisure, whereas specific programmes for women aim at promoting their knowledge on public services, together with their social and professional integration. Finally, several measures have been introduced in order to facilitate integration of immigrant families’ members. For example, Since Spanish Migration Law reform in 2009, non-EU nationals with a resident permit granted on the basis of family reunification are allowed to seek and obtain job contract without the requirement of a minimum period of stay.

                                                             In January 2007, Bulgaria and Romania entered in to EU and two years later the Spanish government suspended the moratorium on the movement and free access to the Spanish labour market imposed on both countries (Stanek, 2009).

PECI II is a continuation of PECI I (2007-2010) and contains a number of similarities as for goals and measures.

Contradictions of the Spanish migration policy In last few years Spanish governments adopted several which are directed at containing the arrival of foreign workers, creating incentives for voluntary returns and promoting social integration. Nevertheless there are also several measures that have been adapted in order to control migratory flows that should be considered counterproductive as they clearly come into conflict with the principles of equality and social cohesion.

Restrictions on access to the health protection One of the most important achievements of migration policies in the first decade of 21st century was to guarantee the access of irregular immigrants to the National Health System, independently from their residence status in all autonomous communities. This right was established in 2000 as a part of the Migration Law and was a key factor of the social integration of many migrants residing in Spain. Nevertheless in 2012, the government introduced some restrictions to this legislation. In particular, only migrants in regular situation have access to all medical services. Irregular migrants only have access to emergency services.

Restrictions on family reunification As mentioned above, some facilities for reunified migrants have been introduced in recent reforms of Spanish migration policy. Nevertheless there some restrictions have also been included: (1) family reunification of ascendants is restricted to those who are over 64 years old; 2) since 2009 a primary migrant should possess permanent permit to reunify his or her family members.

Cuts in integration funds During the migratory and economic boom period, in 2005 the Spanish government created a national fund to support ambitious integration efforts developed on national, regional and local level. The Integration funds rose until 2008, when the crisis forced drastic budget cuts. For 2011 the Integration Funds budget was reduced to 66 million, and to zero in the 2012. Those drastic cuts affected negatively and diminish efforts of many institutions, administrations and non –governmental organization involved in the integration of migrants.

Aja, Eliseo, Joaquin Arango y Josep Oliver (2009): " La inmigracin en tiempo de crisis. Anuario de la Inmigracin en Espaa," Barcelona, CIDOB, Arango, Joaquin et al. (2012): "Migration, employment and labour market integration of immigrants, Spain 2010 – 2011. " en Annual Monitoring Review on Migration, Employment and Labour Market Integration Policies (2011-2012), Brussels: International Organisation for Migration.

Ferrero Turrin, Ruth y Ana Lpez Sala (2009): "Nuevas dinmicas de gestin de las migraciones en Espaa: el caso de los acuerdos bilaterales de trabajadores con pases de origen", Revista del Ministerio de Trabajo e Inmigracin, 80119-132.

Lpez Sala, Ana (2010): "Spain" en Migration and the Economic Crisis: Implications for Policy in the European Union, eds. Jobst Koehler et al., Brussels: Independent Network of Labour Migration and Integration Experts.

Requena, Miguel y Mikolaj Stanek. 2010. "Temporary and Circular Migration:

empirical evidence, current policy and future options in Spain." European Migration Network, European Commission, Brussels.

Stanek, Mikolaj (2009): "Patterns of Romanian and Bulgarian Migration to Spain", Europe-Asia Studies, 61(9): 1627-1644.

ЦЫГАНСКИЕ МИГРАЦИИ В ЕВРОПЕ

Цыгане всегда активно пересекали государственные границы, расселялись на новых территориях и осваивали новые социальные и экономические пространства. В истории цыган, после их выхода из Индии и пребывания в течение нескольких веков на Балканах, существовало три больших волн миграции. Каждая из этих больших волн миграций порождала менее масштабные миграции, вовлекая в них различные сообщества цыган в поисках лучшей жизни (Marushiakova, Popov 2008: 100-111).

Первая большая миграционная волна началась в начале ХV в., когда в Западную Европу через сегодняшние венгерские территории проникло несколько цыганских групп. Они под видом паломников или беженцев от притеснений мусульман из «Маленького Египта» в течение нескольких десятилетий мигрировали из одной страны в другую, обращаясь за помощью к местным церковным и светским властям. После первоначального радушного приема власти Западной Европы начали преследовать цыган, пытаясь выгнать их из своих стран или физически уничтожить. А затем, увидев неэффективность запретов, прикладывали усилия заставить цыган изменить кочевой образ жизни на оседлый, или пытались их ассимилировать. Фактически власти стремились любим способом уничтожить цыган как отдельное сообщество. Постоянно гонимые цыгане продолжали мигрировать из одной страны в другую, успевая вопреки преследованиям постепенно осваивать новые территории (например, через Германию и Польшу цыгане в ХVI-ХVII в. проникли в Россию). Таким образом, постепенно в ХVIII в. сформировалась сравнительно стабильная картина цыганского присутствия в Европе и цыганские сообщества прочно связали свои судьбы с отдельными странами. Эта миграционная волна, в конечном счете, представляет случай успешного освоения новых территорий кочующими сообществами, которые прикрываясь религиозно-политическими мотивами, искали и находили новые экономические ниши и пространства, необходимые для их существования.

Вторая большая миграция началась во второй половине ХIХ в. и первых десятилетиях ХХ в., когда в страны Западной Европы и в Россию проникли большие массы кочующих цыганских групп, происходящих из Дунайских княжеств Валахии и Молдовы (объединенные с 1864 г. в унитарное государство Румынию) и прилежащих регионов Австро-Венгрии. В продолжении нескольких десятилетий цыгане кочевали по всей Европе, а их отдельные части достигли «Нового света», где они постепенно расселились в Латинской Америке, США и Канаде. Так в периоде между двумя мировыми войнами постепенно сформировалась новая, отличающаяся от предыдущего периода, картина цыганского присутствия в мировом масштабе.

Причиной этой массовой миграции была с одной стороны отмена рабства цыган в Дунайских княжествах, и с другой стороны, отмена паспортного контроля на границе для всех, выезжающих из Австро-Венгрии декретом императора Франца-Иосифа I с 6 ноября 1865 г. (Marushiakova, Popov 2009:

89-124). Эти два обстоятельства дали цыганам свободу передвижения и возможность беспрепятственно пересекать границы. Движущей силой этой миграционной волны были отдельные родовые группы так называемых «княжеских цыган», которые во время рабства были кочевниками, и их единственным обязательством была уплата годовой дани в княжескую казну.

Процесс освобождения от рабства продолжался несколько десятилетий (1829-1864 гг.), и привел к существенным изменениям положения кочующих цыган. Их новое гражданское положение свободных людей на практике обозначало, что они должны были стать горожанами или крестьянами с многочисленными обязательствами перед государством, которое они не хотели или не были в состоянии исполнять. Это совпало с экономическим развитием региона их происхождения, где начинающая индустриализация существенно ограничила возможность добывать пропитание так называемым «обслуживающим номадизмом» (Hayden 1979: 297-309). Вторая миграционная волна, в сущности, была обусловлена социально-экономическими причинами, а политические факторы только регулировали временные рамки миграционных процессов.

Третья большая миграция началась в 1960-е гг. и продолжается да наших дней. Эта миграционная волна, характеризируется своей неоднородностью мигрантов. Начало этой волне положила политика И.Б.Тито в Югославии, когда были открыты границы (формально в 1968 г.) для выезда югославских граждан для работы в Западную Европу. Это была не типичная миграция, а форма трудовой мобильности, характерная для Балкан еще со времен Османской империи, для определения которой османская администрация использовала название «гурбет» (этот термин, который сохранился и до сегодняшних дней). Гурбетами называлась категория населения, которая могла быть разнородным по своему этническому происхождению, определенное время работало далеко от своих родных мест, где оставались жить их родственники. Эта модель трудовой мобильности оказалась исключительно устойчивой и в более или менее модифицированной форме сохранилась на Балканах и в более позднее время. Уезжающие работать в Западные страны югославские граждане (по устоявшейся терминологии «гастарбайтеры», хотя они не работали только в Германии) сначала оставались в модели «гурбета» – работая на чужбине, возвращались периодически домой, посылали деньги родственниками, строили дома. Постепенно (особенно после 1972 г.), когда югославским гастарбайтерам разрешили воссоединение с семьями, значительная часть их этим воспользовалась и превратились в мигрантов.

Все югославские цыгане мигрировали в этот период как югославские граждане (т.е. как интегральная часть макрообщества, в котором они жили), и первоначально политика западных стран к ним была как ко всем остальным югослав. Но через некоторое время, под влиянием различных интересов, отношение к цыганам изменилось, и их к ним сформировалось особое отношение и специальный государственный подход. Типичным примером этого была программа в Швеции, которая должна была показать всему миру успешную модель общественной интеграции цыган. Для чего были переселены из Италии в Швецию 300 семей цыган ловарей, мигрантов из Югославии (Marta 1979). В Восточной Германии (ГДР) в конце 1980-х гг. одна известная правозащитная организация в поисках новых сфер для своей деятельности обратила внимание на югославских цыган и начала публичную кампанию для их легализации в Германии, отделяя их от остальных югославских граждан как особое сообщество (Matras 2000: 32-50). Сначала была сделана попытка представить цыган как угнетенное меньшинство на родине. Этот тезис оказался трудно доказуемым, особенно на фоне политики Югославии по отношении к цыганам, которую на I Конгрессе международного союза цыган в Лондоне в 1971 г. определили как образец для подражания для всех стран мира.

Поэтому был изобретен другой аргумент - цыгане являются носителями специфичной кочевой культуры и что для них важна не их гражданская принадлежность, а образ жизни и поэтому общие правила, которые установлены для остальных югославов, не должны распространяться на цыган. Этот тезис оказался исключительно устойчивым, так как он отвечал опыту большинства Западных стран, где цыганам не давали возможности интегрироваться, а они оставались кочующими. Осталось незамеченным то обстоятельство, что цыгане на Балканах, еще со времен Османской империи, были в большинстве своем оседлым населением. И что самое важное, в отличие от многих странах Западной Европы, где цыгане стали гражданами только в ХIХ-ХХ в., имели статут граждан уже в Османской империи, а потом и в независимых государствах, возникший после ее распада (Marushiakova, Popov 2001).

Миграции цыган из Восточной Европы в Западную Европу начали резко увеличиваться после краха социалистической системы в 1989-1990 гг.

Тема нарушений прав человека и дискриминации цыган (названных уже по новому «ромами» по новой, считающейся более политически корректной терминологии) в странах бывшего социалистического лагеря, принесла новые политические измерения миграциям цыган. Они стали искать политическое убежище в разных странах Западной Европы, а также в США, Канаде, как представители «преследуемого» народа. Эти миграции неравномерны по масштабам, хронологии и направленности. Например, цыгане из Болгарии и Румынии получили политическое убежище в Германии в 1991-1993 гг.; была активная эмиграция цыган из Польши, Прибалтики, Чехии и Словакии в Великобританию во второй половине 1990-х гг. и в последующие годы; волны беженцев из Словакии в Бельгию и Финляндию были в 1999-2000 гг.; отмечалась регулярная миграция цыган в Канаду из Чехии, Словакии и Венгрии (продолжается до настоящего времени). Противодействие властей Западной Европы этим миграциям включало сначала заключение договоров о выборочном возвращении нелегальных мигрантов, а потом ограничение сумм, которые выдаются мигрантам-кандидатам на убежище, ускорение процедуры рассмотрения случаев не в судебном, а в административном порядке. После того как большинство стран региона вошло в европейское сообщество возможность получения политического убежища для цыган резко ограничилась и осталась только для цыган из не присоединившихся к ЕС стран.



Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 20 |
Похожие работы:

«УДК 622.014.3 Ческидов Владимир Иванович к.т.н. зав. лабораторией открытых горных работ Норри Виктор Карлович с.н.с. Бобыльский Артем Сергеевич м.н.с. Резник Александр Владиславович м.н.с. Институт горного дела им. Н.А. Чинакала СО РАН г. Новосибирск К ВОПРОСУ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ОТКРЫТЫХ ГОРНЫХ РАБОТ ON ECOLOGY-SAFE OPEN PIT MINING В условиях неуклонного роста народонаселения с неизбежным увеличением объемов потребления минерально-сырьевых ресурсов вс большую озабоченность мирового...»

«ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ ПРЕПОДАВАТЕЛЕЙ Видовое разнообразие во всем мире Страница 1/8 © 2008 Федеральное министерство экологии, охраны природы и безопасности ядерных установок Модуль биологическое разнообразие преследует цель, показать с помощью рассмотрения естественнонаучных вопросов и проблем, ВИДОВОЕ какую пользу приносит человеку Природа во всем ее многообразии, РАЗНООБРАЗИЕ чему можно у нее поучиться, как можно защитить биологическое ВО ВСЕМ МИРЕ разнообразие и почему стоит его защищать....»

«КУЗБАССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Т.Ф. ГОРБАЧЕВА Администрация Кемеровской области Южно-Сибирское управление РОСТЕХНАДЗОРА Х Международная научно-практическая конференция Безопасность жизнедеятельности предприятий в промышленно развитых регионах Материалы конференции 28-29 ноября 2013 года Кемерово УДК 622.658.345 Безопасность жизнедеятельности предприятий в промышленно развитых регионах: Материалы Х Междунар. науч.практ. конф. Кемерово, 28-29 нояб. 2013 г. / Отв. ред....»

«Труды преподавателей, поступившие в мае 2014 г. 1. Баранова, М. С. Возможности использования ГИС для мониторинга процесса переформирования берегов Волгоградского водохранилища / М. С. Баранова, Е. С. Филиппова // Проблемы устойчивого развития и эколого-экономической безопасности региона : материалы докладов X Региональной научно-практической конференции, г. Волжский, 28 ноября 2013 г. - Краснодар : Парабеллум, 2014. - С. 64-67. - Библиогр.: с. 67. - 2 табл. 2. Баранова, М. С. Применение...»

«ВЫСОКИЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ И ИННОВАЦИИ В НАЦИОНАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ УНИВЕРСИТЕТАХ Том 4 Санкт-Петербург Издательство Политехнического университета 2014 Министерство образования и наук и Российской Федерации Санкт-Петербургский государственный политехнический университет Координационный совет Учебно- Учебно-методическое объединение вузов методических объединений и Научно- России по университетскому методических советов высшей школы политехническому образованию Ассоциация технических...»

«Список публикаций Мельника Анатолия Алексеевича в 2004-2009 гг 16 Мельник А.А. Сотрудничество юных экологов и муниципалов // Исследователь природы Балтики. Выпуск 6-7. - СПб., 2004 - С. 17-18. 17 Мельник А.А. Комплексные экологические исследования школьников в деятельности учреждения дополнительного образования районного уровня // IV Всероссийский научнометодический семинар Экологически ориентированная учебно-исследовательская и практическая деятельность в современном образовании 10-13 ноября...»

«JADRAN PISMO d.o.o. UKRAINIAN NEWS № 997 25 февраля 2011. Информационный сервис для моряков• Риека, Фране Брентиния 3 • тел: +385 51 403 185, факс: +385 51 403 189 • email:news@jadranpismo.hr • www.micportal.com COPYRIGHT © - Information appearing in Jadran pismo is the copyright of Jadran pismo d.o.o. Rijeka and must not be reproduced in any medium without license or should not be forwarded or re-transmitted to any other non-subscribing vessel or individual. Главные новости Янукович будет...»

«План работы XXIV ежегодного Форума Профессионалов индустрии развлечений в г. Сочи (29 сентября - 04 октября 2014 года) 29 сентября с 1200 - Заезд участников Форума в гостиничный комплекс Богатырь Гостиничный комплекс Богатырь - это тематический отель 4*, сочетающий средневековую архитиктуру с новыми технологиями и высоким сервисом. Отель расположен на территории Первого Тематического парка развлечений Сочи Парк. Инфраструктура отеля: конференц-залы, бизнес-центр, SPA-центр, фитнес центр,...»

«1 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ Учреждение образования БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ТЕХНОЛОГИЯ ОРГАНИЧЕСКИХ ВЕЩЕСТВ Тезисы докладов 78-ой научно-технической конференции профессорско-преподавательского состава, научных сотрудников и аспирантов (с международным участием) 3-13 февраля 2014 года Минск 2014 2 УДК 547+661.7+60]:005.748(0.034) ББК 24.23я73 Т 38 Технология органических веществ : тезисы 78-й науч.-техн. конференции...»

«Международная стандартная классификация образования MCKO 2011 Международная стандартная классификация образования МСКО 2011 ЮНЕСКО Устав Организации Объединенных Наций по вопросам образования, наук и и культуры (ЮНЕСКО) был принят на Лондонской конференции 20 странами в ноябре 1945 г. и вступил в силу 4 ноября 1946 г. Членами организации в настоящее время являются 195 стран-участниц и 8 ассоциированных членов. Главная задача ЮНЕСКО заключается в том, чтобы содействовать укреплению мира и...»

«Секция Безопасность реакторов и установок ЯТЦ X Международная молодежная научная конференция Полярное сияние 2007 ИССЛЕДОВАНИЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЙ ТЕПЛОНОСИТЕЛЯ НА ВХОДЕ В АКТИВНУЮ ЗОНУ РЕАКТОРА ВВЭР-1000 ПРИ РАЗЛИЧНЫХ РЕЖИМАХ РАБОТЫ ГЦН В КОНТУРАХ ЦИРКУЛЯЦИИ Агеев В.В., Трусов К.А. МГТУ им. Н.Э. Баумана Для обоснования теплогидравлической надежности реакторов ВВЭР-1000, возможности повышения их тепловой мощности необходимо иметь подробную информацию о гидродинамической картине распределения расхода...»

«МИНИСТЕРСТВО ТРАНСПОРТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (МИНТРАНС РОССИИ) MINISTRY OF TRANSPORT OF THE RUSSIAN FEDERATION (MINTRANS ROSSII) Уважаемые коллеги! Dear colleagues! От имени Министерства транспорта Российской Феде- On behalf of the Ministry of Transport of the Russian рации рад приветствовать в Санкт-Петербурге участ- Federation we are glad to welcome exhibitors of TRANников 11-й международной транспортной выставки STEC–2012 International Transport Exhibition, speakers ТРАНСТЕК–2012 и 3-й...»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации Алтайский государственный технический университет им. И.И.Ползунова НАУКА И МОЛОДЕЖЬ 3-я Всероссийская научно-техническая конференция студентов, аспирантов и молодых ученых СЕКЦИЯ ТЕХНОЛОГИЯ И ОБОРУДОВАНИЕ ПИШЕВЫХ ПРОИЗВОДСТВ Барнаул – 2006 ББК 784.584(2 Рос 537)638.1 3-я Всероссийская научно-техническая конференция студентов, аспирантов и молодых ученых Наука и молодежь. Секция Технология и оборудование пишевых производств. /...»

«Ежедневные новости ООН • Для обновления сводки новостей, посетите Центр новостей ООН www.un.org/russian/news Ежедневные новости 25 АПРЕЛЯ 2014 ГОДА, ПЯТНИЦА Заголовки дня, пятница Генеральный секретарь ООН призвал 25 апреля - Всемирный день борьбы с малярией международное сообщество продолжать Совет Безопасности ООН решительно осудил поддержку пострадавших в связи с аварией на террористический акт в Алжире ЧАЭС В ООН вновь призвали Беларусь ввести Прокурор МУС начинает предварительное мораторий...»

«СЕРИЯ ИЗДАНИЙ ПО БЕЗОПАСНОСТИ № 75-Ш8АО-7 издании по безопасност Ш ернооыльская авария: к1 ДОКЛАД МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНСУЛЬТАТИВНОЙ ГРУППЫ ПО ЯДЕРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ МЕЖДУНАРОДНОЕ АГЕНТСТВО ПО АТОМНОЙ ЭНЕРГИИ, ВЕНА, 1993 КАТЕГОРИИ ПУБЛИКАЦИЙ СЕРИИ ИЗДАНИЙ МАГАТЭ ПО БЕЗОПАСНОСТИ В соответствии с новой иерархической схемой различные публикации в рамках серии изданий МАГАТЭ по безопасности сгруппированы по следующим категориям: Основы безопасности (обложка серебристого цвета) Основные цели, концепции и...»

«КАФЕДРА ДИНАМИЧЕСКОЙ ГЕОЛОГИИ 2012 год ТЕМА 1. Моделирование тектонических структур, возникающих при взаимодействии процессов, происходящих в разных геосферах и толщах Земли Руководитель - зав. лаб., д.г.-м.н. М.А. Гочаров Состав группы: снс, к.г.-м.н. Н.С. Фролова проф., д.г.-м.н. Е.П. Дубинин проф., д.г.-м.н. Ю.А. Морозов асп. Рожин П. ПНР 6, ПН 06 Регистрационный номер: 01201158375 УДК 517.958:5 ТЕМА 2. Новейшая геодинамика и обеспечение безопасности хозяйственной деятельности Руководитель -...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.