WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 20 |

«М57 МИГРАЦИОННЫЕ МОСТЫ В ЕВРАЗИИ: Сборник докладов и материалов участников II международной научно-практической конференции Регулируемая миграция – реальный путь сотрудничества между ...»

-- [ Страница 11 ] --

Специфический случай политической миграции касается цыган-беженцев от войны в бывшей Югославии, многие из них до сих пор живут в Сербии, Италии, Германии и в других странах Западной Европы под постоянной угрозой депортации. Случаи требования политического убежища, беженцев от военных конфликтов и межэтнических распрей – это только «видимая часть айсберга». Основная доля третьей миграционной волны – это случаи трансграничной трудовой мобильности. Она началась еще в середине 1990-х гг., когда цыгане из стран Юго-Восточной Европы начали работать нелегально или полулегально в Западной Европе, а также в Греции и Турции, заполняя дефицит дешевой рабочей силы и повторяя опыт «гурбета». После отмены визовых ограничений для Болгарии и Румынии, процессы трансграничной трудовой мобильности для этих стран приняли массовый характер, и сегодня они включают не только цыган, но и представителей разных народов и этнических групп, которые постепенно легализуют свое пребывание в новых странах, и из мобильных рабочих превращаются в мигрантов. Показательно для этой волны миграции, которая началась из Юго-Восточной Европы, с некоторым опозданием в нее влились и цыгане из остальных стран бывшего социалистического лагеря. Сегодня уже нет ни одной страны в Западной и Северной Европе, в которой не перебывали бы большие или меньшие группы восточноевропейских цыган.

Отличительной характеристикой третей миграционной волны стало то, что она стала нераздельной частью общих миграционных потоков граждан стран происхождения, и в целом цыгане повторяют их основные стратегии трудовой мобильности. Это привело к тому, что большинство цыган оказываются «невидимыми» для принимающих стран, где их не отличают их от болгар, румын и пр. Особенно показательным для третей миграционной волны стало то, что ее основной движущей силой, в отличие от первых двух волн, являются оседлые цыгане, бывшие кочевники теперь не формируют отдельные миграционные потоки.

Это правило не без исключения. В некоторых странах Западной Европы политика к цыганам основывается на убеждении, что они исконные кочевники и специфика их культуры не позволяет им жить по правилам окружающего населения. Поэтому для них создаются специальные места для установки лагерей, выделяют жилые фургоны, благотворительная помощь и пр.

Эту политику впервые ввела Италии, где вследствие лоббирования неправительственными организациями и на базе псевдонаучных исследований все цыгане были объявлены кочевниками. В результате, цыгане-беженцы из бывшей Югославии, включая фабричных рабочих и высокообразованных людей, были автоматично объявлены кочевниками и посланы жить в лагеря для кочующих. Эта практика продолжается до сих пор в Италии, и также во многих регионах Франции, и вполне закономерно, что в этих странах периодически происходят конфликты, экстрадиция цыган, протесты и обвинения в нарушении человеческих прав.

Причинами изменений цыганских миграций в последней, все еще не закончившейся миграционной волне, является достигнутая в течение столетий высокая степень общественной интеграции цыган в Восточной Европе по сравнению с их собратьями в остальных частях мира. Стереотипы и неверные представления, псевдонаучные доказательства, лицемерие политиков и государственных политик, приводят к тому, что параллельно с ведущей тенденцией трудовой мобильности, часть цыган продолжается придерживаться старых исторических моделей миграций, типичных для первой и второй миграционной волны. Данные показывают, что развитие цыганских миграций в будущем будет зависеть, прежде всего, от условий, которые для них создают страны, принимающие мигрантов, а не от специфики их традиционной этно-культуры, которая была несколько столетий назад и уже давно изменилась, незаметно для властей, политиков и некоторых ученых.

1. Marushiakova, E. and Popov,V. 2008. Migrations des Tsiganes en Europe, des annes soixante a ns jours. // Hommes et Migrations 1275: 100-111.

2. Marushiakova, E. and Popov,V. 2009. Gypsy Slavery in Wallachia and Moldavia. – In: Kamusella, T., Jaskulowski, K. (Eds.) Nationalisms Today. Oxford: Peter Lang, 89-124.

3. Hayden, R. M. 1979. The Cultural Ecology of Service Nomads // The Eastern Anthropologist vol. 32, no. 4, 297- 4. Marta, C. 1979. The Acculturation of the Lovara. Stockholm: IMFO-Gruppen – University of Stockholm.

5. Matras, Y. 2000. Romani migrations in the post-communist era: Their historical and political significance, Cambridge Review of International Affairs, vol. 13, no. 2, 32- 6. Marushiakova, E. and Popov, V. 2001. Gypsies in the Ottoman Empire. Hatfield:

University of Hertfordshire Press.

ТУРЕЦКИЕ ТРУДОВЫЕ МИГРАНТЫ

В РОССИЙСКИХ РЕГИОНАХ:

ОЦЕНКА СТАТИСТИЧЕСКИХ ИСТОЧНИКОВ

(Исследование проведено в рамках проекта РФФИ № 12-06-91370-СТ) На протяжении 2000-х гг. в России происходил стабильный рост числа турецких работников. Особенно быстрый рост начался с 2003 г. Как показывают данные Федеральной миграционной службы, в среднем численность трудовых мигрантов росла на 30-50% в год. Это довольно высокие темпы роста численности трудовых мигрантов. По итогам 2007 г. в стране трудились 131 тыс. турецких граждан, т.е. каждый десятый трудовой мигрант в России происходил из Турции. Турция занимала пятое место среди стран – крупнейших поставщиков иностранной рабочей силы в Россию после Узбекистана, Таджикистана, Китая и Украины.



Половина турецких трудовых мигрантов работала в Центральном федеральном округе, а каждый четвертый мигрант трудился в Москве. Однако, в последнее время география использования турецкой рабочей силы в России существенно расширилась. В десять территорий-лидеров по численности турецких рабочих вошли Московская область, Татарстан, Сахалинская область, Краснодарский край, Краснодарский край, Ямало-Ненецкий автономный округ, Санкт-Петербург, Нижегородская область, Ханты-Мансийский автономный округ, Свердловская область.

В некоторых российских регионах турецкие трудовые мигранты доминируют в числе среди иностранных работников. Например, по нашим расчетам в Татарстане на них приходилось 56%, в Удмуртии – 53%, на Чукотке – более 47%, в Нижегородской области – около 34%, в Ярославльской области – 32%, на Сахалине – более 31% всех трудовых мигрантов из-за рубежа привлеченных в 2006 г. на региональный рынок труда (рис. 1).

Расширение географии привлечения турецких трудовых мигрантов обусловлено со строительным «бумом» в российских городах, который проявился в 2000-е гг. Более 84% всех турецких трудовых мигрантов занято в строительной отрасли (рис. 2). В настоящее время в России действует более 330 турецких фирм, которые специализируются на строительстве офисов, торговых объектов, бизнес-центров, гостиниц, объектов социальной инфраструктуры, жилых комплексов. Порядка 90% турецких компаний работают в Москве, остальные – в российских регионах. Считается, что турецкие рабочие ответственны, организованы, строят очень качественно. Например, с привлечением турецких работников были построены или строятся здания «Европа-Центр» в Калининграде, пивоваренной компании «Самара-Балтика», аквапарк и торговый центр «Московский», офисно-деловой центр «Самаранефтегаз» в Самарской области, здание Сбербанка в Ставрополе и многие другие объекты.

Рис. 1. Доля временных трудовых мигрантов из Турции в общем численности иностранной рабочей силы регионов Российской Федерации в 2006 г., % Экономический кризис 2008-2009 гг. отразился и на турецких трудовых мигрантах в России. Некоторые строительные компании разорились, и трудовые мигранты потеряли работу. Последний случай был зафиксирован в Екатеринбурге в июле 2008 г., когда без работы, зарплаты и крыши над головой оказались 122 трудовых мигранта из Турции, Туркменистана и Узбекистана. Несмотря на проблемы, перспективы использования труда турецких работников в России достаточно велики. По данным Федеральной миграционной службы России на олимпийскую стройку в Сочи (город, в котором будут проводиться зимние Олимпийские игры 2014 г.) потребуется привлечь не менее 1 млн. рабочих, в том числе планируется привлекать трудовых мигрантов из Турции и Китая. Согласно требованиям Международного олимпийского комитета (МОК), в Сочи в первоочередном порядке должны быть построены 46 спортивных сооружений. Олимпийская стройка охватит в общей сложности 7 тыс. га вблизи черноморского побережья. Соглашение о сотрудничестве в этой области подписали Олимпийский комитет России и Национальный олимпийский комитет Турции.

Рис. 2. Распределение трудовых мигрантов из Турции по отраслям экономики России Условия жизни и труда временных трудовых мигрантов из Турции более благополучны по сравнению с положением трудовых мигрантов из стран СНГ. Это обусловлено тем, что трудовая миграция из Турции, в большинстве случаев, организованная и регулируемая. Турецкие компании одними из первых в России стали вкладывать средства в строительство городков для трудовых мигрантов. Например, турецкая строительная фирма «Энка», которая давно работает в Москве (восстанавливала здание Белого дома, строила московский Международный Дом музыки, ряд объектов в «Москва-Сити»). Эта компания построила в столице три специальных городка для временных трудовых мигрантов. В Московском регионе на различных объектах фирмы «Энка» в настоящее время трудятся 13,5 тыс. человек. Крупнейший из городков для трудовых мигрантов на 1800 мест находится в районе Таганки. Различные корпуса построены для рабочих, инженеров, руководящего состава, работников с семьями. Например, комната для рабочих рассчитана на четверых, удобства в конце коридора.

В каждой комнате есть холодильник, телевизор, минимальные удобства.

За проживание в городке платит фирма, привлекающая трудовых мигрантов.

В городке трудовым мигрантам обеспечивается питание, услуги прачечной, медобслуживание, тренажерный зал, бильярд. Отсюда рабочих развозят на строительные объекты. Месячная заработная плата турецкого рабочего составляет в среднем 20 тыс. рублей (около 670-700 долларов США), инженера– 30 тыс. рублей (около 1000 долларов США). Фирма также занимается постановкой на миграционный учет, получением виз, разрешений на работу для трудовых мигрантов. Подобный опыт власти намерены распространять в Москве и в других регионах. Например, власти столицы приняли решение построить временные административно-бытовые городки для иностранных работников, занятых в сфере жилищно-коммунального хозяйства и строительства Москвы в районах Лефортово, Марьино и Выхино. Подобный метод расселения подходит только для временных трудовых мигрантов, которые прибывают в Россию на сравнительно короткие сроки. Если же речь идет о мигрантах, которые остаются здесь на протяжении нескольких лет, то их разумнее расселять дисперсно, стимулируя изучение русского языка и основ российской культуры.

Кроме строительства, определенная часть турецких трудовых мигрантов занята в торговле, сфере обслуживания и общественного питания – около 5%. В России открыты турецкие рестораны и закусочные. Например, в городе Ставрополе открыт турецкий ресторан «Флора-Бюргер», который пользуется популярностью у жителей города и предлагает только турецкую кухню, адаптированную к российским условиям. Традиционные турецкие закусочные («Кебаб») широко распространенные в западноевропейских городах, в Москве и других российских городах пока не стали массовым явлением.





В российских городах турецкая кухня испытывает серьезную конкуренцию со стороны центрально-азиатской и закавказской кухни (узбекской, таджикской, грузинской, армянской, азербайджанской и др.). Например, в Москве распространены ларьки «Шаурма». Согласно данным исследования Magram Market Research около 58% опрошенных жителей столицы пользуются услугами палаток, продающих шаурму, примерно по 57% пользуются палатками с «хот-догами» и курами-гриль. В рейтинге популярности эти предприятия быстрого питания пропускают вперед только «Макдональдс» и «Ростикс».

Немногим более 2% турецких трудовых мигрантов работают в промышленности. Например, в городе Первоуральске (Свердловская область) в 2009 г.

будет строиться большой электросталеплавильный комплекс. К строительству привлечена турецкая фирма «Гама», которая будет использовать труд турецких рабочих в вахтовом режиме. Некоторая часть турецких трудовых мигрантов работает в сельском хозяйстве – в большинстве своем это сезонные работники на уборке урожая зерновых культур на Юге России. Например, в Ставропольском крае на протяжении нескольких лет используются зерноуборочные комбайны из Турции и труд турецких комбайнеров, что, по мнению местных властей, позволяет собрать урожай с меньшими потерями.

Несмотря на широкое применение труда турецких рабочих в российских регионах, их роль в общей структуре занятого населения на региональных рынках труда остается незначительной. Абсолютным рекордсменом является Чукотка, где 66 турецких работников отмечается среди каждой 1 тыс. занятых. На Сахалине – 18 турецких рабочих, в Ямало-ненецком автономном округе – около 16, в Москве – около 6, в Татарстане – около 5 на тысячу занятого населения (рис. 3).

Рис. 3. Доля временных трудовых мигрантов из Турции в численности занятого населения регионов Российской Федерации в 2006 г., % Однако, между сведениями из официальных источников, регистрирующими трудовых мигрантов и реальными масштабами трудовой миграции в России существует огромный разрыв. При этом оценки нелегальной трудовой миграции значительно отличаются, порой на миллионы человек. Представители государственных структур дают достаточно большие оценки численности нелегальных трудовых мигрантов в России. Например, представители МВД РФ определяют нелегальную иммиграцию в России в размере 10 млн. человек [1, c. 153]. Некоторыми политиками озвучивались цифры в 15 млн. нелегальных мигрантов в России. Однако, государственные структуры не проводили исследований численности нелегальных трудовых мигрантов, поэтому эти данные весьма приблизительны. В 2005-2006 гг. ФМС попыталась провести исследование нелегальной миграции, но, к сожалению, ограничилась только опросом экспертов из числа ученых. Единственно приближенной к действительности оценкой численности нелегальных трудовых мигрантов можно считать сведения, полученные в ходе переписи населения 2002 г. Как отмечалось выше, она выявила в России около 2 млн. «лишних» людей, которые в большинстве своем могут быть незарегистрированными трудовыми мигрантами.

Наши расчеты показывают, что незаконных (незарегистрированных) мигрантов в России может пребывать не менее 5 млн. человек. Большинство из них – это граждане стран СНГ, которые имеют полное право приехать в Россию без визы, но затем не получают регистрацию по месту пребывания или разрешение на работу. Многие из них живут в России на протяжении нескольких лет, либо периодически возвращаются домой. Как отмечают авторитетные эксперты, среди незаконных трудовых мигрантов в России можно выделить три группы, существенно различающиеся сроками пребывания и занятости, ориентацией на адаптацию и интеграцию, сетевыми связями [2, c. 195].

Во-первых, это сезонные мигранты, работающие в течение 6-9 месяцев в России – это граждане Таджикистана, Кыргызстана, Узбекистана, Молдовы, которые заняты преимущественно в строительстве. Во-вторых, трудовые мигранты, работающие в России в течение короткого времени, как правило, это жители приграничных с Россией стран, мелкие торговцы. В-третьих, незаконно работающие трудовые мигранты из Азербайджана, Грузии, Турции, Вьетнама и ряда других стран, которые не посещают страны своего происхождения и гражданской принадлежности, и практически постоянно живут в России. Если их выявляет в ходе проверок Федеральная миграционная служба, то, как, правило, депортирует на родину. Но официальных данных о числе депортированных турецких незаконных мигрантов в России не публикуется. Из средств массовой информации известно, что в марте 2005 г.

сотрудники Управления Федеральной службы безопасности по Саратовской области выслали 40 граждан Турции за нарушение паспортного режима.

Первоначально иностранцы были задержаны из-за того, что у них были просрочены визы. Кроме того, в одном паспорте стояли фальсифицированные штампы о пересечении границы России. В результате расследования выяснилось, что граждане Турции прибыли в Россию, купив рабочие визы, для работы в одной из строительных фирм. Для возможности трудоустройства, согласно действующему законодательству, им было необходимо выехать из России и въехать снова по «рабочим» визам. Однако работодатели решили «обойти» сложности. Паспорта трудовых мигрантов высылались по почте в Турцию, а затем, через одну из московских фирм, возвращались в Саратов с новой визой. В результате граждане Турции были выдворены за пределы России. По данному факту было возбуждено уголовное дело. Осенью 2008 г.

сотрудники Управления Федеральной миграционной службы по Саратовской области задержали в Заводском районе города Саратова 10 граждан Турции, трудившихся на строительстве гипермаркета «Реал» без разрешения на работу и нарушивших режим пребывания в России. При проверке документов было установлено, что иностранцы прибыли в Россию в сентябре 2008 г. по приглашению московской фирмы ООО «Промстройкомплект», осуществляющей ремонтно-строительные работы. Выяснилось, что граждане Турции были поставлены на миграционный учет в Москве, а фактически проживают и работают в Саратове, таким образом, нарушая режим пребывания в Российской Федерации. Кроме того, укладкой плитки в строящемся здании турецкие подданные занимались, не имея разрешений на работу. За нарушение миграционного законодательства каждый из трудовых мигрантов был оштрафован на 8 тыс. рублей. Менеджер фирмы, ответственный за пребывание иностранных работников в России, оштрафован на 500 тыс. рублей за незаконное привлечение к трудовой деятельности иностранных граждан.

Подобные примеры, к сожалению, имеют место в разных регионах России. Это свидетельствует о том, что до конца проблема незаконной трудовой миграции не решена окончательно. Важную роль в предотвращении незаконной миграции может оказать подписание межгосударственных соглашений между Россией и Турцией о регулировании трудовой миграции и предотвращении незаконной миграции. Подобный опыт наработан в отношениях России с различными странами мира. Двусторонние соглашения являются действенным инструментом регулирования трудовой миграции.

В некоторых российско-турецких документах миграция упоминается как важный процесс, имеющий определенные социально-экономические эффекты. Между тем, согласно данным Банка России объем денежных переводов от трудовых мигрантов из России в Турцию в 2005 г. составил 37 млн.

долларов США. Согласно данным Федеральной миграционной службы за период 1992-2005 г. около 900 выходцев из Турции стали «новыми» гражданами России, т.е. получили российское гражданство [3, c. 10]. В Совместной декларации об углублении дружбы и многопланового партнерства между Российской Федерацией и Турецкой Республикой (декабрь, 2004 г.) и Соглашении о сотрудничестве между Министерством внутренних дел Российской Федерации и Министерством внутренних дел Турецкой Республики (декабрь, 1992 г.) упоминается о проблемах, порождаемых миграцией. К сожалению, российско-турецкие миграционные отношения пока не охвачены специальными документами (протоколами, соглашениями) о регулировании трудовой миграции. Между тем, миграционные потоки между государствами увеличиваются. Не только турецкие работники приезжают в Россию, но и многие российские граждане работают и отдыхают в Турции. Подписание соглашений в области трудовой и незаконной миграции могло бы стать существенным прогрессивным шагом в отношениях между Россией и Турцией.

1. Мукомель В.И. Миграционная политика России: Постсоветские контексты/ Институт социологии РАН. – М.: Диполь-Т, 2005.

2. Рязанцев С.В. Трудовая миграция в странах СНГ и Балтии: тенденции, последствия, регулирование. – М.: Формула права, 2007.

3. Сборник информационных материалов для проведения экспертного исследования по определению масштабов незаконной иммиграции на территории Российской Федерации. – М.: Федеральная миграционная служба, 2006.

МИГРАЦИОННЫЕ ПРОЦЕССЫ

В ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКЕ:

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПОЛОЖЕНИЯ

И АДАПТАЦИИ МИГРАНТОВ

CONNECTING ROUTES: THE CASE OF PERUVIAN UNIVERSITY

STUDENTS IN BRAZIL

Introduction As other countries in the Americas, Brazil had in imigration a very important part of its national identity (Seyferth,1996). Similar to countries like the USA and Argentina, inmigrants played a major role in the state-building process and socioeconomic formation of Brazil. Since the 19th century, inmigrants from Portugal, Spain, Italy, Germany, Poland, Switzerland crossed the Atlantic hoping to find in Brazil a better way to make a living. On the beginings of the 20th century, other nationalities joined the flow, such as japaneses and chineses. During these decades, brazilian government conducted a very selective inmigration policy, stimulating specific inmigrant profiles.

Since the middle of 20th century, Brazil has adopting a less active and a more reactive inmigration policy, responding to new flows of inmigrants from different countries, with a very diverse profile, like peruvian students. Peruvian migration to Brazil is part of this new character the inmigration in the country has assumed, as a destiny to people from non-european countries. Based on ethnographic fieldwork conducted with peruvians in Rio Janeiro, this paper analyzes the role of social networks in peruvian university student mobility to Brazil. Even when they come to this country by official exchange programs, linkages made by people themselves are fundamental to support their decision to go to Brazil as university students.

The unplanned destiny: the case of peruvian students in Brazil To understand the flow of university students from Peru to Brazil we must reflect on the several factors that influence this decision. Going abroad was historically an action undertaken by members of peruvian rural elites, who used to send their children to take undergraduate courses in the USA and Europe. The intention to send their children to achieve a degree from a foreign university was not only formal, but symbolic. More than having a High Education diploma, international students would connect these peruvians elites to world important cities, acquiring the status of being more comospolitan- and less provincial- than those who never left Peru or never had any family doing so. Despite most elite families expected their children to come back to Peru after graduation, some peruvian young people decided to extend their time abroad, sometimes coming back to Peru (Altamirano, 2000).

While members of rural elites usually went to countries like the USA and Spain, young people from middle classes also found in studying abroad an alternative to distinguish themselves from their compratriats who never could live an international experience. Although unable to afford the cost of going to the nothern, middle class and their children elaborated other strategies to participe on international flows and the symbolic resources this experience brings to them. This was the case o Antonio. In the beginning to the 60`s, he started his undergraduate career in the city of Cusco, south of Peru. He was studying Agronomy, but for his political activism, was finding it difficult to continue his course. One of his older brothers warned that Antonio could be persecuted by professors who disapproved his political position. Therefore, he suggested Antonio to complete his course in Brazil.

At that time, Antonio`s brother heard from a friend that Brazil offered scholarships1 to young people from neighboring countries to study in brazilian universities. Peruvians interested in this program had to apply on the brazilian embassy in Lima, the capital of Peru. Antonio searched this information and in the middle of the 60`s came to the Universidade Federal Rural do Rio de Janeiro (UFRRJ), as an international student. Antonio tells that, just like him, lots of other peruvians came to Brazil at the time he arrived. All of them had to go to Rio de Janeiro first and from there, were distributed to universities from several parts of Brazil.

The period Antonio came to Brazil going abroad as a university student was a more reachable possibility to member of peruvian elites. Also, the alternatives of moving from a country to another were significantly more limited and expensive than nowasdays. However, Antonio found an alternative to route to live an international experience. For him, Brazil was much more affordable than USA and Spain, for instance. The proximity between the two countries made the travel less expensive and complex. Antonio could travel by bus from his hometown Cusco to Rio de Janeiro. All of theses factors were summed to the fact that Antonio was not required to speak portuguese to apply for the scholarship, he liked the idea to live in warm and coastal city like Rio de Janeiro- in Peru, he used to live in the cold highlands of the Andes- and Brazil started to strongly invest public resources in developing national scientific production2.

                                                             The scholarship Antonio`s brother was mentioning were offered by Programa Estudante Convnio- Graduao (PEC-G). Created in 1965, this program offer scholarship to citizens from developing countries to conduct their undergraduate studied in a brazilian university. Students are required to be by 18 to 25 years, and are supposed to go back to their countries are graduation (MRE, 20012).

In the 50`s, two scientific development national agencies were created: CAPES e CNPQ (Rosa, 2008).

Antonio is a very interesting example of how people find alternatives to negotiate to possibilities and limits they face to fulfill their expectations. In his trajectory in Peru, he never had imagined to go to Brazil. However, his brother suggestion was widly evaluated, making Brazil a strategic destiny. Although Antonio was not the only peruvian who took this route, very little information on international student mobility in Brazil during the last decades of 20th century can be found. However, these are important years for brazilian science, when the government stimulated the development of national research centers, most of them located in public (federal and state) universities and invested in forming high qualified scientists, offering them scholarships to accomplish graduate degrees from the best universities worldwide (Rosa,2008). These factors made Brazil an reference in scientific field in South America and very attractive to south americans who pursued a undergraduate or graduate qualification.

However, it will be in the last years of the 90`s that the flow of peruvian university students to Brazil will consolidate. In the city of Rio de Janeiro, a very important year for this flow is 1996, when a group of around 20 peruvians arrived.

Altough they were spread out around different universities, these peruvians started building conection one to another, and some of them decided to continue to live in Rio de Janeiro after graduation. Most of them came to Brazil as undergraduate students, receiving one PEC-G scholarship. By the time they left Peru, they were young, some of under 18. Their family played a major role in their decision to study in Brazil, giving them financial and emotional support3. Luis Fernando, for instance, finished High School, by the age of 15, he started university in Peru. One day of that year, his father asked him: “why don`t you go to Brazil?”. Luis Fernando father had heard about PEC scholarship and thought it would be better for his son to have a degree from a foreign country.The severe economic crisis faced by Peru and the political heritage left by the terrorism were some of the motives why Luis Fernando`s father wanted him to be an international student. Also, both, Luis Fernando and his father, considered that, in Brazil, he could have a better education than that offered in Peru. In 1996, by the age of 16, Luis Fernando startes his Architecture major in Universidade Federal do Rio de Janeiro (UFRJ).

Unlike Luis Fernando, Enrique had always wanted to go abroad. Since he was a child, his father used to tell him he should spend some time out of Peru. His preference was for a socialist country like Russia. By the time Enrique finished High School, his father passed away and his family find that it would be hard to support him in a country too far from Peru. Despite of this fact, Enrique`s mother encouraged him to seek a scholarship to study abroad. Enrique searched for it in several foreign embassies in Peru and applied for some of them. The first scholarship he got was to Brazil. He was 17 years old when was sent to Rio de Janeiro to study Computer Science at Universidade Gama Filho.

Cristiana and Rodrigo also went to Rio de Janeiro by the end of the 90`s.

Both of them did not have a previous plan to leave Peru, but this idea arouse while                                                              To apply for a PEC-G scholarship, student family must prove financianal conditions to support the student in Brazil.

they could not find in Peru the undergraduate career they desired to follow:

Theater. Both of them tried to follow other careers in Peru before coming to Brazil.

Cristiana completed 2 years as a Law student and Rodrigo as a Communication Science major. Nevertheless, they felt that was not what they want for their future, thus, they started to search for Theater undergraduate courses out of Peru. Cristiana and Rodrigo are from Lima, the capital of Peru, and realized they had limited conditions to develop their career in their home country. Both of them met in Brazil but found they had a similar trajectory. They received a PEC-G scholarship and graduated from Theater in Universidade Federal do Estado do Rio de Janeiro (UniRio).

Conclusion

For peruvian students who came to Brazil up to the 90`s, taking this route was quite unsual and unkown. Before arriving in the country, some of them had heard about cases of other peruvians who were already in Brazil. These remote examples stimulated them to recognize Brazil as an alternative destiny to acquire a High Education degree and symbolic distiction. Despite brazilian government has launched the PEC-G scholarship in 1965, this is not a well-known program in Peru and most of its propaganda is done by PEC students themselves, their family and friends. In other words, even though PEC-G is an official program stableshed by brazilian government, it is not official agencies that attract new participants, but former participants themselves. These students play a very significant role in building conections between Brazil and Peru through their personal experiences, conections that brazilian and peruvian official organizations had been unable to build. While they are in Brazil, these peruvian university students invite friends to visit them in the foreign country, help the new-comers to find a place to live and share with them what they had already learnt about Brazil, disseminates among their networks new opportunities of research, scholarship, jobs, etc.

References:

ALTAMIRANO, Teofilo. Liderezgo y organizaciones de peruanos en el exterior: cultura transnacionales e imaginrios sobre el desarrollo. Vol. 1. Lima: Pontifcia Universidad Catlica del Per, 2000.

. El Per y el Ecuador: Nuevos pases de emigracin. Trabalho apresentado na Conferencia Regional "Globalizacin, migracin y derechos humanos", organizada por el Programa Andino de Derechos Humanos, PADH. Quito – Ecuador. Septiembre 16, 17 y 18 de 2003. http://www.uasb.edu.ec/padh/revista7/articulos/ teofilo%20altamirano.htm#peruano. Acessado em 20 de novembro de 2011.

MAZZA, Dbora. Intercmbios acadmicos internacionais: bolsas CAPES, CNPQ e FAPESP. Cadernos de Pesquisa. v. 39, n.137, ago. 2009, p. 521-547.

MINISTRIO DAS RELAES EXTERIORES. Histrico do PEC-G. Ministrio das Relaes Exteriores. http://www.dce.mre.gov.br/PEC/G/ ProtocoloPEC-G.html. Acessado em 22 de Novembro de 2011.

MINISTRIO DAS RELAES EXTERIORES. Histrico do PEC-PG. Ministrio das Relaes Exteriores. http://www.dce.mre.gov.br/PEC/G/Protocolo PEC-PG.html. Acessado em 22 de Novembro de 2011.

ROSA, Leonardo O. B. Cooperao Acadmica Internacional: um estudo sobre a atuao da CAPES. Dissertao de Mestrado. Centro de Pesquisa e Ps-graduao sobre as Amricas. Instituto de Cincias Sociais, Braslia: 2008.

SEYFERTH, Giralda. Imigrao e (re)construo de identidades tnicas. In:

Cruzando Fronteiras Disciplinares: um panorama dos estudos migratrios. PVOA NETO, Helion, FERREIRA, Ademir Pacelli (orgs.).. Rio de Janeiro: Revan, 2005.

. Construindo a nao: hierarquias raciais e o papel do racismo na poltica de imigrao e colonizao. In: MOIR, M. C., SANTOS, R. V. (orgs.). Raa, Cincia e Sociedade. Rio de Janeiro. Fio Cruz/ CCBB, 1996.

BOLIVIAN IMMIGRATION IN RIO DE JANEIRO

AND SO PAULO

1. Initial Remarks: Migratory Flows to Rio de Janeiro.

The entry of Bolivian immigrants in Rio de Janeiro could be seen from three different flows in time. The first one begun in the 50’s, when the revolutionary movement of MNR started, culminating in the People’s Revolution of 1952. The revolutionaries persecute members and admirers of the Falange Socialista Boliviana (FSB), a conservative group (considered the political right), and so they sought asylum in other countries. In this first migratory flow to Rio de Janeiro, most of the people were students and other members of the ruling classes, privileged group with sufficient resources for their livelihood.

The second flow started in the 60’s, including basically students for cultural interchange programs intending to start college courses in Rio, mainly Medical School, Odontology and Engineering.

The third and more recent flow, which continues nowadays, evolves artists, musicians and other liberal carriers, looking for better life conditions. Most of them use to work in Refineries, Oil Companies and some of them in Post-Graduation Programs.

2. Migratory Flows to So Paulo These characteristics are very different from those found in other regions, especially in So Paulo, state of the largest contingent of Bolivian immigrants in Brazil. These immigrants used to be in general, groups from the Bolivian high plains and some rural areas.

A large number of illegal immigrants started working in textile industries, owned by Koreans. In those factories, they were explored and lived in very bad life conditions (some researchers compare their situations as the life at senzalas – places where the slaves in Brazil used to live at the plantations before the liberation of slavery in the end of the 19th Century). They used to work 16 hours per day and live at the factories and they were forbidden to go out without permission. Besides, they had a quota of diary individual production (70 pieces of textile) – the salary was approximately the minimum wage. Even in these conditions, they avoided to claim for the authorities because they were afraid to be deported – they used to say that their situation was better than their lives in Bolivia before, especially because of the wage.

In this context, according to Heloisa Mazzocante (2008)4, Brazil adopted in the 70’s many discriminatory acts which increased the restriction of entry of immigrants, especially those without special or specific professional skills, and of course the poorer share of the immigrants. Difficulties to obtain legal documentation and economic and social disadvantages were included in these conditions5.

3. Recent changes – New Agreements From 1992, the Brazilian government was notice about the bad conditions those immigrants were living and working in Brazil, especially in those cases they treated as slaves in the factories in So Paulo (Brazilian press had a great importance on it).

After that, in the recent years, the National Council for Immigration (Conselho Nacional de Imigrao) created many resolutions in order to stimulate specialized workers to come to Brazil to various sectors of the economy (like scientists, high level technicians, investors and others). The selection criteria became a regulatory model for all other immigrants from other nations.

In 1998 the Brazilian government regularized most of the foreigners living in the country allowing them to become legal workers. Thus, the government tried to stop the use of labour in illegal situation like in the textile industries. From that moment, all of them were able to work legally and have all the regular benefits of the labour legislation of Brazil. However, new waves of illegal immigration continued coming to the country, even considering that the Bolivians have the same social protection rights previewed in our Constitution.

In 2005, a bilateral Agreement was signed by Brazil and Bolivia in order to guarantee, after the process of regularization of the immigrants, a permanent visa to those who were already living in Brazil (and vice-versa). After that, in 2009, another Agreement was signed by the Mercosur countries plus Bolivia and Paraguai (Acordo de Livre Residncia para os Nacionais dos Estados Partes do MERCOSUL plus Bolvia e Chile) allowing fixing residence and working permission to all citizens with no other requirement but their own nationality. This Agreement observes enormous advances in labour (equality in terms of labour legislations to the citizens                                                              Mazzoccante, Heloisa - Estado Nacional e Migrao Bolvia - Brasil: categorizao e recategorizao da populao migrante. Vol. 2, N 2, Jul-Dez 2008.

These changes were due to the rapid increase of immigration to Brazil as a result of the impressive economic growth of the Country in these years.

of those countries) and educational (equality in the access conditions to the educational institutions in those countries) fields.

Those advances, however, were not enough to change the situation of most of the immigrants in Brazil, especially in So Paulo. There are still around 150. illegal Bolivian immigrants in So Paulo (and only approximately 50.000 legal Bolivians in our whole country). The reasons for that situation have to be better clarified but one thing is already well known: most of them simply don’t know about the legislation and, more than that, are always afraid to be hired from the factors they use to work.

(a) Immigration flows to Rio de Janeiro and So Paulo are very different in terms os historical and characteristics of the immigrants. In Rio de Janeiro the process is clearly associated to political events in Bolivia that led to the expulsion of citizens – most of them part of the elite sectors of the country. In So Paulo, the main factor of attraction of the immigration was the supply of jobs and, in this case, to the poorer share of that population;

(b) Even considering the recent advances of the immigration legislation in Brazil and, broadly speaking, in Mercosur, most of the immigrations still remain in a precarious situation and working and living illegally in Brazil.

5. Bibliography

ARZE, Ren (1986) – Guerra y Conflictos Sociales. El caso rural de Bolivia en la Campaa del Chaco. Lima, IEP.

CARDOSO, Eliana e Helwege, Ann (1993) – A Economa da Amrica Latina. Rio de Janeiro, Editora tica.

CHARAUDEAU, P; MAINGUENEAU, D. Dicionrio de Anlise do Discurso.

So Paulo: Contexto, 2004.

DELER, J.P. e Saint-Geours, Y.1986) – Estados y Naciones en los Andes. Lima, IEP.

FARRAGUT, Castro (1963) – La reforma agraria boliviana. OEA.

GARCIA, Antonio (1965)- La reforma agraria y el desarrollo social. Mexico,FCE.

FUSCO, Wilson ; Souchaud, Sylvain (2009)« Unies exogmicas dos imigrantes bolivianos na fronteira do Brasil », Travessia (22), So Paulo, CEM, pp. 32-38.

MEJA FERNANDEZ, M.( s/d) -El problema del trabajo forzado en Amrica latina. Mexico,UNAM.

NEISWANGER, W.A. e Nelson, J.(1995) – Problemas econmicos de Amrica Latina. Mexico,FCE.

PLA, Alberto (1980) – Amrica Latina – Siglo XX. Caracas, Universidad Central de Venezuela.

SOUCHAUD, Sylvain ; Baeninger, Rosana (2010) « Etudier les liens entre les migrations intrieures et internationales en suivant les trajectoires migratoires des Boliviens au Brsil », Revue Europenne des Migrations Internationales, 25 (1), Poitiers, CNRS, pp. 195-213.

SAHLINS, Marshall ( 2000). Ilhas de Histria. Rio de Janeiro: Jorge Zahar.

SAYAD, Abdelmalek ( 1998). A imigrao ou os paradoxos da alteridade. So Paulo: Edusp.

SILVA, Sidney (2005)A Migrao dos smbolos. Dilogo e processos identitrios entre os bolivianos em So Paulo. So Paulo em Perspectiva, jul/set 2005, v.19, n 3, p. 77-83.

Bolivianos: a presena da cultura andina. So Paulo:

Companhia Editora Nacional, 2005.

VELHO, Gilberto e VIVEIROS DE CASTRO, Eduardo (1981). “O Conceito de Cultura e o estudo de Sociedades Complexas” In: Espao cadernos de Cultura USU. 2(2), 1980.

Individualismo e cultura. Rio de Janeiro: Zahar, 1981.

BOLIVIAN TRANSNATIONAL LABOR MIGRATION

TO ARGENTINA

1. Introduction Bolivian migration to Argentina dates from the mid-19th Century, when these Republics became independent. According to the characteristics of the flows arrived in the last 20 yearsn it can be considered a transnational labor migration. Pedreo Cnovas (2005) argues that the condition of contemporaneous migrants must be understood in the context of the social fragmentation of advanced capitalist societies, which is characterized by a decrease of integrated people and an increase of vulnerable and excluded sectors.

According to hierarchies based in the intersection of various differences:

ethnic, cultural, of class, of race, of generation, of gender, of migration condition, of nationality (Anthias, 2006), certain people who pass through interstate borders are defined as labor immigrants (Silverstein, 2006). Within the context of the progressive flexibility of production and the precarization of work, labor immigrants are defined as the “more appropriate” ones for certain jobs. This naturalization is generally based in ethnic-racial criteria that justify their assignation to the most subordinated positions in labor hierarchies (Wolf, 1993).

Thus, secondary or enclave markets emerge as cheap force of labor is available favored by ethnic-migratory networks (Bailey & Waldinger, 1991; Portes & Jensen, 1989; Portes & Shafer; 2007). Herrera Lima (2005) argues that certain labor branches characterized by informality, low wages and the need of scarce qualification such as construction, agriculture, informal trade, apparel manufacturing and domestic / care services, among others, are segmented labor niches destined to recent immigrants. Thus, the “ethno-stratification” of the labor market (Pedone, 2010) or, in other words, the ethnicization of production relations, (Margulis et al., 1999) is produced.

The argument of this paper is that recent migration from Bolivia to Argentina has developed certain features of nowadays transnational labor migrations. We will focus our analysis in: the diversification of destines; the concentration in the metropolitan areas; the strengthening of migratory social networks; the progressive feminization of the flow; the insertion in labor niches destined for recent migrants such as agriculture, apparel manufacturing, informal trade, domestic and care services; and, the bad working conditions.

2. Methodology This paper is based in the analysis of statistical data provided by National Census of Population 1980, 1991, 2001 and 20106 as well as the Complementary Survey of International Migrations 20037. Other researchers’ analyses have been also considered as well as registers of ethnographic field word that has been developed since 2006 in different metropolitan areas of Argentine.

3. Immigration in Argentina Immigration has been a significant component in the demographic dynamic of Argentina as well as in its social, economic and cultural life. Together with the United States and Brazil, it has been one of the most important receptors of transatlantic immigration between last-19th Century and mid-20th Century (Cerrutti, 2009). The flows of immigrants coming from adjacent countries (Bolivia, Brazil, Chile, Paraguay and Uruguay) have been relatively stable, oscillating between 2% and 2.9% between 1869 and 2001. So, while inter-continental immigration, specially the flow coming from Europe, has lost relevance since mid-20th Century, intra-continental immigrants kept on arriving to Argentina.

                                                             As Bologna (2010) and Cerrutti (2009) point out, though census of population are a good source of information because of their broad coverage and periodicity, the long lapse of 10 years between one another makes it difficult to study short tendencies and to get an updated picture of the population characteristics when they are analyzed at the end of the period. Immigrants are frequently sub represented, especially in the case of those whose migratory condition is not regularized. Besides, some of them can change their habitual residence several times and they might not be in the country of destine in the moment of the Census. Another difficult is due to the fact that data of National Census of Population 2010 has not been deeply processed yet so our analyses will lack of accuracy in some cases.

This survey aimed to capture the characteristics of some migratory flows in those areas where a greater amount of Latin American immigrants concentrate. It was carried out together with the National Census of Population 2001.

According to the National Census of Population 1991, immigrants coming from adjacent countries represented more than 50% of the total of the foreign population in Argentina.

CHART 1: International immigration to Argentina 1980- Total Argentine population Total native population Total immigrant population Total European immigrant population Total immigrant population coming from adjacent countries and Peru Total other immigrant population Source: National Census of Population 1980, 1991 and In the National Census of Population 2001, this proportion had increased to 60.2%, achieving 68.9% in the 2010’s one (Castillo & Gurrieri, 2012). So, there were 1.245.054 immigrants coming from adjacent countries among the 40.117. inhabitants of Argentina in 2010.

If immigrants coming from Peru are considered together with those coming from adjacent countries, they represented 77.6% of the foreign population in Argentina and the 3.5% of the total population in 2010. Among this group of immigrants, the most important collectivity was the Paraguayan and the second one was the Bolivian: 39% were Paraguayans (550.713) and 25% were Bolivians (345.272), being the latter approximately 0.86% of the total of inhabitants of Argentina8.

Source: National Census of Population There are two interesting facts regarding the flows coming from adjacent countries and Peru (Pacecca & Courtis, 2008; Cerrutti; 2009 and Castillo & Gurrieri; 2012). The first is that their pattern of settlement was modified during the 1960s, progressively orienting to the Metropolitan Area of Buenos Aires. The other remarkable fact is the increasing feminization of these flows.

In the case of Bolivian immigrants, within the 1980s and 1990s their dispersion to different cities in Argentina such as Mendoza, Crdoba, Rosario and some located in Patagonia increased uninterruptedly, together with the diminish of their concentration in the adjacent provinces with Bolivia: Jujuy, Salta. At the same time, more than the third part of them concentrated in the Metropolitan Area of Buenos Aires.

The increasing flow of immigrants to Argentine was due to several causes.

On one hand, the important neoliberal policies that were undertaken in Bolivia in the mid 1980s provoked the closure of important mining companies that employed lots of people and caused a generalized crisis in the country. On the other hand, the incidence of long dated and strongly constituted migratory chains and networks encouraged Bolivian immigration. It was also important the incidence of the myth                                                              It must be said that the real amount is underestimated because of the limitations of the Census and the irregular migratory condition of many regional immigrants.

posing that there was a relatively better economic situation in Argentina, nevertheless neoliberal restructurings had also strongly impacted in its labor market9.

The flow of immigrants coming from Bolivia and other adjacent countries increased during the 1990s due to the overvaluation of Argentine money, among other factors. Bolivians inserted in some economic niches destined to recent immigrants that are informal, low paid, precarized and with very bad working conditions such as: construction, apparel manufacture, informal commerce, agriculture and domestic and care services. Nevertheless, some of them were able to achieve socio-economic mobility, being now entrepreneurs of agriculture and apparel manufacture ventures and tending to employ workers of their same nationality appealing to ethnic social networks, thus developing ethnic labor niches and reproducing inequalities and discriminative stereotypes.

4. Bolivian labor migration to Argentina nowadays: socio-demographic features 4.1. Geographical distribution There has been a progressive concentration of recent Bolivian immigrants in the City of Buenos Aires (the capital city of Argentina) probably because there is a better accessibility to job positions and a wider offer of public services. The preference for that City as a place of destine is remarkable among recent immigrants who arrived between 1990 and 2001 (Cerrutti, 2009).

According to the National Census of Population 2010, 42.8% of the total of Bolivian immigrants (345.272) lived in the City of Buenos Aires and 22.19% in the Province of Buenos Aires, while 14.53% lived in the adjacent provinces of Salta and Jujuy, 7.89% in the Province of Mendoza and 3.31% in the Province of Crdoba.

Cerrutti (2009) remarks that their preference to live in the City of Buenos Aires can be better seen when their population is compared with the total population of the city. Thus, the percentage of migrants from Bolivia, Peru and Paraguay among the total population of the City of Buenos Aires is 4.9% while they only represent the 1.8% in the total population of Argentina. The same happens regarding their concentration in the Metropolitan Region of Buenos Aires, since they represent the 3.2% of the total population. Besides, the author points out that they tend to concentrate in those neighborhoods where the access to dwellings is cheaper but where the housing conditions are more disadvantageous.

4.2. Sex composition Though migration of the whole family is central in Bolivians’ migratory strategies, the proportion of women among Bolivian migrants has increased since 1980, when they were 44,4% of the total of Bolivians while in 1991 the percentage was of 48,2; 49,7% in 2001; and, 50,3% in 2010 (Cerrutti, 2009 and 2010; Castillo & Gurrieri, 2012).

                                                             Benencia (2012) and Sassone (2009) remark that during that period Bolivian immigration was related to circuits of informal economy and that labor precarization was dominant.

Women migration may be understood as an adaptive strategy to the global changes. The demand for certain labor sectors has risen up, especially the domestic and care services one, because local women participate more in the labor market than they used to, among other factors. Cerrutti (2010) argues that this feminization process may also be associated to changes such as the fact that familiar reunification is being accomplished in a shorter period of time and/or that the propensity of Bolivian women to emigrate has increased.

Contrasting the aging of transatlantic immigrants, the age structure of those who come to Argentina from adjacent countries and Peru evidences a high concentration in the tract between 15 and 64 years that corresponds to the active ages.

Castillo & Gurrieri (2012) say that out of a total of 345.272 Bolivians residing in Argentina in 2010, 10,74% were between 0 and 14 years old, 80,41% were between 15 and 64 years old and 8,86% were 65 years old or more.

Cerrutti (2009) remarks that the proportion of children and teenagers up to years old and of those who are between 15 and 24 is significantly smaller than the observed in the total population of Argentina. That is to say that the pressure of these groups on the educational services is significantly smaller than the one of the total population. The author also points out that the proportion of adult Bolivian people between 25 and 49 years old is significantly superior to that of the total population. Thus, it may be stated that their inputs to economic activity are considerable. Regarding the effects upon social security, the relation between potential contributors and people in retirement age is favorable among all migrants from adjacent countries and Peru, especially in the case of Peruvians and Bolivians.

It is remarkable that the group of young Bolivians between 15 and 29 years old living in the City of Buenos Aires was considerable big in 2001 since 37% of the total of Bolivian population was settled in that city (Cerrutti, 2010). Even though this fact may be because some of them arrived to Argentina being small children, together with their parents, it can also show the presence of young people who had migrated recently in the search of a job10.

4.4. Education profiles Cerrutti (2009) says that in 2001 immigrants coming from adjacent countries had inferior educational levels than the total population of Argentina, in contrast with those immigrants coming from other countries of Latin America such as Peru. Nevertheless, the author has noticed some improvement of the educational levels of Bolivian recent immigrants in the analyses of the National Census of Population 2001. Thus, 32.4% of Bolivian men who arrived recently had completed the middle level, while only 24.5% of those who arrived previously had completed it. In the case of Bolivian women this improvement is more notorious: from 21.5% to 30.0%.

                                                             According to Bologna (2010) this kind of structure, in which there is a remarkable concentration in the labor life stages, is the one that may be expected of a migrant group.

In general, the school attendance rate of teen-agers is lower than native ones.

Pacecca and Courtis (2008) compared the amount of years of school attendance of different migratory groups based on the data of the Project IMILA of CELADE.

They found that Bolivians and Brazilians are those who have less than four years of school attendance (27,1% and 29,2% respectively) while 45% of Bolivians and 40% of Brazilians have between 4 and 9 years of school attendance.

4.5. Participation in the labor market 4.5.a Rates of activity Cerrutti (2009) observes that labor motivation is central in the immigration from adjacent countries to Argentina. She says that, according to the Complementary Survey of International Migrations 2002-2003, 45.1% of Bolivian men who had arrived to Argentina before 1990 declared that they had left their country because of the lack of work or work problems and 59.9% of those who arrived after 1990 declared the same. Even though the motivations of women to migrate are more varied, 33.1% of those who arrived before 1990 said that they migrated in search of a job and 49.5% of those who arrived after 1990 declared the same.

That author also states that these differences between Bolivian men and women who arrived before 1990 and those who did it after show a change in the characteristics of recent Bolivian migration. The labor motivation to migrate increased while the reason for accompanying an adult in charge diminished. In the case of Bolivian men, 28.9% migrated because of the latter reason before 1990 and only 9.9% of them did it because of that reason after 1990.

Being their principal motivation to get a job, they are likely to accept any kind of employs, even when the labor conditions are more disadvantageous. Thus, they generally insert in segregated niches of labor destined to recent migrants characterized by low wages, scarce access to social services and the precarious and insecure labor conditions (Pizarro, 2011a and 2011b).

Besides, the rate of activity of labor immigrants tends to be particularly high.

Cerrutti (2009) notices that, in 2001, the rate of activity of immigrants from adjacent countries was higher than the one of the total population of Argentina, especially in the case of young and old immigrants. Pacecca and Courtis (2008) consider that this may be due to the fact that immigrants suffer of greater labor instability than local laborers, as well as they have a smaller capacity of accumulation and their access to social security benefits is more restricted.

4.5.b Insertion in the labor market Bologna (2010) and Sala (2008) remark that, in 2001, there was a labor segregation of labor immigrants in Argentine according to the branch of activity in which they inserted. Both authors say that Bolivian workers, who are less scholarized and qualified than other immigrants, are the most segregated ones. Regarding their qualifications Cerrutti (2009), Pacecca & Courtis (2008) and Sala (2008) say that occupations that demand operative one have an absolute predominance.

The kind of labor insertion varies among immigrants from adjacent countries according to their origin, especially regarding to the branch of activity and the qualification of the occupation. According to Cerrutti (2009), men from Paraguay and Bolivia concentrated in a few branches in 2001, being the predominant: construction, apparel manufacturing, informal trade and reparation services. These branches gathered 59% of Bolivian workers. 23% of them work in agriculture, which is a very important niche of labor for Bolivian men (Benencia, 2012 and Pizarro, 2011a).

But labor segregation does not only occur according to nationality in the case of Bolivian immigrants. There is also a segregation based in gender that overlaps the previous one, as well as the one based in class. Thus Cerrutti (2009) and Pacecca & Courtis (2008) remark that although the participation of women in the labor force is increasing, there is still a high concentration in occupations considered “typical of women”.

Though in 2001 Bolivian women living in Argentina worked in retail trade (23%), manufacturing industries (14%) and agriculture (13%), 26.9 % of them worked in domestic and care services. Cerrutti (2009) highlights that this proportion is significantly higher than the proportion of Argentine women working in that sector (17.1%), which is itself high at an international level. Besides, it must be said that among the manufacturing industries, they mainly work in the apparel one, as many female labor immigrants do. It can be said that the scarcity of native workers in the secondary sector makes employers to look for immigrant workers, as well as these niches are ethnic enclaves in which immigrant employers prefer workers of their same nationality using their migratory social networks.

4.5.c Labor conditions According to Cerrutti (2009), labor immigrants form adjacent countries and Peru are more likely to work in precarious conditions than Argentine workers11. In 2001, 62,6% of the male Bolivian workers in Argentina did not made pension contributions, and they were those who less contributions made among the immigrants from adjacent countries and Peru. In the case of female Bolivian workers, that percentage was of 70.1%, only being overcome by Peruvian ones.

Regarding the differences of incomes between native and immigrant workers, Cerrutti (2009) says that there is no source in Argentina that can provide relevant information. Nevertheless she points out that those differences are high, even though they are relatively lower among those workers who have a low education or who develop non qualified activities. The author suggests that this situation may indicate that more depressed social sectors share unfavorable work conditions and remunerations regardless their migratory condition. Nevertheless, those differences persist as well as the existence of discriminatory behaviors towards immigrants, especially in the case of women (Pizarro, 2011a and 2011b).

                                                             Data of the National Census of Population 2001 regarding labor issues are still useful in order to make a shallow characterization even though they may be particularly obsolete because of the improvement of employment conditions during the last 2000s and of the change in the migration policy in Argentina in 2004 that might have had a positive impact in labor migrants, since it guarantees the right to migrate and the immigrants’ social rights.

5. Conclusions

Bolivians are the second major immigrant group after Peruvians in Argentina. Nearly 60% of them concentrate in the City of Buenos Aires (capital of Argentina) and in its adjacent districts. Recently, they have mainly migrated in search of a job and their rate of activity is considerable high. They tend to work in segregated niches of labor destined to recent immigrants such as agriculture, construction, informal trade, apparel manufacturing and care and domestic services. Thus, their ethnic-national identity, as well as that of gender and migration condition, contributes in their acceptance of low wages, fragile and irregular labor contracts, bad working and living conditions, very “sacrificed and tough” works, and scarce social security contributions thus impeding them to access semi-public health services or future public retirement.

Their force of labor was complementary and functional to the work demand in the informal sector in Argentina during the 1990s, due to the economic transformations that resulted in a retraction of employment and consequently in the deterioration of the labor market. Nevertheless, Bolivian labor immigrants began to be perceived as “unfair competitors” of native workers (Pizarro, 2011a and 2011b).

As Bruno (2008) says, there is a correspondence between their location in the lower social and symbolic positions and their segregated insertion in the labor market, which shows the interrelation between political economy and culture in the production of excluded social groups in nowadays capitalist system thanks to the ethnicization of production relations. The surplus extracted from Bolivian workers acquires a specific characteristic which remits to the concept of “ethnic surplus”.

This is so because the specific dynamics of recruitment of laborers according to their ethnic-national identity as well as the scarce labor branches in which they can work makes them accept informal and much sacrificed works. Thus, processes of identity construction strongly influence the segregation of labor markets in which transnational labor immigrants insert.

6. Bibliography Pedreo Cnovas, A. Sociedades etnofragmentadas / / Pedreo Cnovas, A. & Hernndez Pedreo, M. (coords.) La condicin inmigrante. Exploraciones e investigaciones desde la Regin de Murcia. Murcia, Universidad de Murcia, 2005.

Anthias, F. Gnero, etnicidad, clase y migracin: interseccionalidad y pertenencia translocalizacional / / Rodrguez P (ed.). Feminismos perifricos. Granada, Editorial Alhulia, 2010.

Silverstein, P. Immigrant Racialization and the New Savage Slot: Race, Migration, and Immigration in the New Europe / / Annual Review of Anthropology. –N 34, 2006.

363–384.

Wolf, E. Europa y la gente sin historia. Mxico, Fondo de Cultura Econmica, 1993.

Bailey, T. & Waldinger, R. Primary, Secondary, and Enclave Labor Markets: A Training Systems Approach / / American Sociological Review. -Vol. 56, N 4, 1991.

432-445.

Portes, A. & Jensen, L. The Enclave and the Entrants: Patterns of Ethnic Enterprise in Miami befote and after Mariel / / American Sociological Review. –Vol. 54, N 6, 1989.

www.jstor.org Portes, A & Shafer, S. Revisiting the Enclave Hypothesis: Miami Twenty-five Years Later / / Ruef M. & Lounsbury, M. (ed.) The Sociology of Entrepreneurship (Research in the Sociology of Organizations, Volume 25, Emerald Group Publishing Limited, 2007.

Herrera Lima F. Vidas itinerantes en un espacio laboral transnacional. Mxico, Universidad Autnoma Metropolitana, 2005.

Pedone, C. Cadenas y redes migratorias: propuesta metodolgica para el anlisis diacrnico-temporal de los procesos migratorios / / EMPIRIA. Revista de Metodologa de Ciencias Sociales. -N 19, enero-junio 2010. 101-132.

Margulis, M. et al. La segregacin negada: cultura y discriminacin social. Buenos Aires, Editorial Biblos, 1999.

Bologna, E. La familia, la educacin y el trabajo de los bolivianos en Crdoba a la luz del Censo 2001 / / Benencia, R. & Domenech, E. (comps.) Inmigrantes bolivianos en Crdoba: sociedad, cultura y poltica. In press, 2010.

Cerrutti, M. Diagnstico de las Poblaciones Inmigrantes en Argentina. Buenos Aires, Direccin Nacional de Poblacin, 2009.

Castillo, J. & Gurrieri, J. El panorama de las migraciones limtrofes y del Per en la Argentina en el inicio del siglo XXI / / El impacto de las migraciones en Argentina, Cuadernos Migratorios.-N2. Buenos Aires, Organizacin Internacional para las Migraciones, 2012. 17-50.

Pacecca, M. I. & Courtis, C. Inmigracin Contempornea en Argentina: Dinmica y polticas.

Santiago de Chile, Centro Latinoamericano y Caribeo de Demografa (CELADE) – Divisin de Poblacin de la CEPAL, 2008.

Benencia, R. Los inmigrantes bolivianos en el mercado de trabajo de la horticultura en fresco en la Argentina / / El impacto de las migraciones en Argentina, Cuadernos Migratorios. –N 2. Buenos Aires, Organizacin Internacional para las Migraciones, 2012.

153-234.

Sassone, S. Breve geografa histrica de la migracin boliviana en la Argentina / / Maronese, L., (ed.) Buenos Aires Boliviana. Migracin, construcciones identitarias y memoria. Buenos Aires, Ministerio de Cultura Gobierno de la Ciudad Autnoma de Buenos Aires, 2009.

Cerruti, M. Salud y migracin internacional: mujeres bolivianas en la Argentina.

Buenos Aires, Centro de Estudios de Poblacin, Consejo Nacional de Investigaciones Cientficas y Tcnicas, 2010.

Pizarro, C. “Ser boliviano” en la regin metropolitana de la ciudad de Crdoba.

Localizacin socio-espacial, mercado de trabajo y relaciones interculturales. Crdoba, Editorial de la Universidad Catlica de Crdoba, 2011a.

Pizarro, C. Sufriendo y resistiendo la segregacin laboral: experiencias de inmigrantes bolivianos que trabajan en el sector hortcola de la regin metropolitana de la ciudad de Crdoba / / Pizarro, C. (coord.) Migraciones Internacionales Contemporneas.

Estudios para el Debate. Buenos Aires, Editorial CICCUS, 2011b.

Sala, G. Segregacin laboral de los migrantes limtrofes en provincias argentinas.

Una propuesta de medicin / / Cuadernos del IDES. -N 14, 2008.

Bruno, S. Insercin laboral de los migrantes paraguayos en Buenos Aires. Una revisin de categoras: desde el “nicho laboral” a la “plusvala tnica” / / Poblacin y Desarrollo. –N 3. Asuncin: UNFPA-UNA, 2008.

HEALTH AND BOLIVIAN IMMIGRANTS IN ARGENTINA

1. Introduction Disease-health-assistance processes are not only determined by biological and psychological factors but also by economic, social and cultural ones such as the international and national socio-economic and political context, the social position of individuals and groups and specific environmental circumstances (Breilh, 2003).

Immigrants are frequently exposed to several difficulties in societies of destine: bad working and living conditions, social vulnerability, sexual and labor violence and discrimination, among others.



Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 20 |








Похожие работы:

«Список публикаций Мельника Анатолия Алексеевича в 2004-2009 гг 16 Мельник А.А. Сотрудничество юных экологов и муниципалов // Исследователь природы Балтики. Выпуск 6-7. - СПб., 2004 - С. 17-18. 17 Мельник А.А. Комплексные экологические исследования школьников в деятельности учреждения дополнительного образования районного уровня // IV Всероссийский научнометодический семинар Экологически ориентированная учебно-исследовательская и практическая деятельность в современном образовании 10-13 ноября...»

«ГЛАВ НОЕ У ПРАВЛЕНИЕ МЧ С РОССИИ ПО РЕСПУБЛ ИКЕ БАШКОРТОСТАН ФГБОУ В ПО УФ ИМСКИЙ ГОСУДАРСТВ ЕННЫЙ АВ ИАЦИОННЫЙ ТЕХНИЧ ЕСКИЙ У НИВ ЕРСИТЕТ ФИЛИАЛ ЦЕНТР ЛАБ ОРАТОРНОГО АНАЛ ИЗА И ТЕХНИЧ ЕСКИХ ИЗМЕРЕНИЙ ПО РБ ОБЩЕСТВ ЕННАЯ ПАЛ АТА РЕСПУБЛ ИКИ Б АШКОРТОСТАН МЕЖДУ НАРОДНЫЙ УЧ ЕБ НО-МЕТОДИЧ ЕСКИЙ ЦЕНТР ЭКОЛОГИЧ ЕСКАЯ Б ЕЗО ПАСНОСТЬ И ПРЕДУ ПРЕЖДЕНИЕ ЧС НАУЧ НО-МЕТОДИЧ ЕСКИЙ СОВ ЕТ ПО Б ЕЗОПАСНОСТИ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬ НОСТИ ПРИВОЛ ЖСКОГО РЕГИОНА МИНИСТЕРСТВА ОБРАЗОВ АНИЯ И НАУ КИ РФ III Всероссийская...»

«РУКОВОДСТВО ДЛЯ ПРЕПОДАВАТЕЛЕЙ 61 ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ ПРЕПОДАВАТЕЛЕЙ Видовое разнообразие во всем мире Страница 1/8 © 2008 Федеральное министерство экологии, охраны природы и безопасности ядерных установок Модуль биологическое разнообразие преследует цель, показать с помощью рассмотрения естественнонаучных вопросов и проблем, ВИДОВОЕ какую пользу приносит человеку Природа во всем ее многообразии, РАЗНООБРАЗИЕ чему можно у нее поучиться, как можно защитить биологическое ВО ВСЕМ МИРЕ разнообразие и...»

«ВЫСОКИЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ И ИННОВАЦИИ В НАЦИОНАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ УНИВЕРСИТЕТАХ Том 4 Санкт-Петербург Издательство Политехнического университета 2014 Министерство образования и наук и Российской Федерации Санкт-Петербургский государственный политехнический университет Координационный совет Учебно- Учебно-методическое объединение вузов методических объединений и Научно- России по университетскому методических советов высшей школы политехническому образованию Ассоциация технических...»

«Казанский (Приволжский) федеральный университет Научная библиотека им. Н.И. Лобачевского Новые поступления книг в фонд НБ с 9 по 23 апреля 2014 года Казань 2014 1 Записи сделаны в формате RUSMARC с использованием АБИС Руслан. Материал расположен в систематическом порядке по отраслям знания, внутри разделов – в алфавите авторов и заглавий. С обложкой, аннотацией и содержанием издания можно ознакомиться в электронном каталоге 2 Содержание Неизвестный заголовок 3 Неизвестный заголовок Сборник...»

«Национальный ботанический сад им. Н.Н. Гришко НАН Украины Отдел акклиматизации плодовых растений Словацкий аграрный университет в Нитре Институт охраны биоразнообразия и биологической безопасности Международная научно-практическая заочная конференция ПЛОДОВЫЕ, ЛЕКАРСТВЕННЫЕ, ТЕХНИЧЕСКИЕ, ДЕКОРАТИВНЫЕ РАСТЕНИЯ: АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ИНТРОДУКЦИИ, БИОЛОГИИ, СЕЛЕКЦИИ, ТЕХНОЛОГИИ ВОЗДЕЛЫВАНИЯ Памяти выдающегося ученого, академика Н.Ф. Кащенко и 100-летию основания Акклиматизационного сада 4 сентября...»

«Отрадненское объединение православных ученых Международная академия экологии и безопасности жизнедеятельности (МАНЭБ) ФГБОУ ВПО Воронежский государственный университет ФГБОУ ВПО Воронежский государственный аграрный университет им. императора Петра I ГБОУ ВПО Воронежская государственная медицинская академия им. Н.Н. Бурденко ВУНЦ ВВС Военно-воздушная академия им. проф. Н.Е. Жуковского и Ю.А. Гагарина ПРАВОСЛАВНЫЙ УЧЕНЫЙ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ПРОБЛЕМЫ И ПУТИ ИХ РЕШЕНИЯ Материалы Международной...»

«Международная стандартная классификация образования MCKO 2011 Международная стандартная классификация образования МСКО 2011 ЮНЕСКО Устав Организации Объединенных Наций по вопросам образования, наук и и культуры (ЮНЕСКО) был принят на Лондонской конференции 20 странами в ноябре 1945 г. и вступил в силу 4 ноября 1946 г. Членами организации в настоящее время являются 195 стран-участниц и 8 ассоциированных членов. Главная задача ЮНЕСКО заключается в том, чтобы содействовать укреплению мира и...»

«Труды преподавателей, поступившие в мае 2014 г. 1. Баранова, М. С. Возможности использования ГИС для мониторинга процесса переформирования берегов Волгоградского водохранилища / М. С. Баранова, Е. С. Филиппова // Проблемы устойчивого развития и эколого-экономической безопасности региона : материалы докладов X Региональной научно-практической конференции, г. Волжский, 28 ноября 2013 г. - Краснодар : Парабеллум, 2014. - С. 64-67. - Библиогр.: с. 67. - 2 табл. 2. Баранова, М. С. Применение...»

«Проект на 14.08.2007 г. Федеральное агентство по образованию Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Сибирский федеральный университет Приняты Конференцией УТВЕРЖДАЮ: научно-педагогических Ректор СФУ работников, представителей других категорий работников _Е. А. Ваганов и обучающихся СФУ _2007 г. _2007 г. Протокол №_ ПРАВИЛА ВНУТРЕННЕГО ТРУДОВОГО РАСПОРЯДКА Федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального...»

«КУЗБАССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Т.Ф. ГОРБАЧЕВА Администрация Кемеровской области Южно-Сибирское управление РОСТЕХНАДЗОРА Х Международная научно-практическая конференция Безопасность жизнедеятельности предприятий в промышленно развитых регионах Материалы конференции 28-29 ноября 2013 года Кемерово УДК 622.658.345 Безопасность жизнедеятельности предприятий в промышленно развитых регионах: Материалы Х Междунар. науч.практ. конф. Кемерово, 28-29 нояб. 2013 г. / Отв. ред....»

«Секция Безопасность реакторов и установок ЯТЦ X Международная молодежная научная конференция Полярное сияние 2007 ИССЛЕДОВАНИЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЙ ТЕПЛОНОСИТЕЛЯ НА ВХОДЕ В АКТИВНУЮ ЗОНУ РЕАКТОРА ВВЭР-1000 ПРИ РАЗЛИЧНЫХ РЕЖИМАХ РАБОТЫ ГЦН В КОНТУРАХ ЦИРКУЛЯЦИИ Агеев В.В., Трусов К.А. МГТУ им. Н.Э. Баумана Для обоснования теплогидравлической надежности реакторов ВВЭР-1000, возможности повышения их тепловой мощности необходимо иметь подробную информацию о гидродинамической картине распределения расхода...»

«КАФЕДРА ДИНАМИЧЕСКОЙ ГЕОЛОГИИ 2012 год ТЕМА 1. Моделирование тектонических структур, возникающих при взаимодействии процессов, происходящих в разных геосферах и толщах Земли Руководитель - зав. лаб., д.г.-м.н. М.А. Гочаров Состав группы: снс, к.г.-м.н. Н.С. Фролова проф., д.г.-м.н. Е.П. Дубинин проф., д.г.-м.н. Ю.А. Морозов асп. Рожин П. ПНР 6, ПН 06 Регистрационный номер: 01201158375 УДК 517.958:5 ТЕМА 2. Новейшая геодинамика и обеспечение безопасности хозяйственной деятельности Руководитель -...»

«МИНИСТЕРСТВО ТРАНСПОРТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (МИНТРАНС РОССИИ) MINISTRY OF TRANSPORT OF THE RUSSIAN FEDERATION (MINTRANS ROSSII) Уважаемые коллеги! Dear colleagues! От имени Министерства транспорта Российской Феде- On behalf of the Ministry of Transport of the Russian рации рад приветствовать в Санкт-Петербурге участ- Federation we are glad to welcome exhibitors of TRANников 11-й международной транспортной выставки STEC–2012 International Transport Exhibition, speakers ТРАНСТЕК–2012 и 3-й...»

«План работы XXIV ежегодного Форума Профессионалов индустрии развлечений в г. Сочи (29 сентября - 04 октября 2014 года) 29 сентября с 1200 - Заезд участников Форума в гостиничный комплекс Богатырь Гостиничный комплекс Богатырь - это тематический отель 4*, сочетающий средневековую архитиктуру с новыми технологиями и высоким сервисом. Отель расположен на территории Первого Тематического парка развлечений Сочи Парк. Инфраструктура отеля: конференц-залы, бизнес-центр, SPA-центр, фитнес центр,...»

«СЕРИЯ ИЗДАНИЙ ПО БЕЗОПАСНОСТИ № 75-Ш8АО-7 издании по безопасност Ш ернооыльская авария: к1 ДОКЛАД МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНСУЛЬТАТИВНОЙ ГРУППЫ ПО ЯДЕРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ МЕЖДУНАРОДНОЕ АГЕНТСТВО ПО АТОМНОЙ ЭНЕРГИИ, ВЕНА, 1993 КАТЕГОРИИ ПУБЛИКАЦИЙ СЕРИИ ИЗДАНИЙ МАГАТЭ ПО БЕЗОПАСНОСТИ В соответствии с новой иерархической схемой различные публикации в рамках серии изданий МАГАТЭ по безопасности сгруппированы по следующим категориям: Основы безопасности (обложка серебристого цвета) Основные цели, концепции и...»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации Алтайский государственный технический университет им. И.И.Ползунова НАУКА И МОЛОДЕЖЬ 3-я Всероссийская научно-техническая конференция студентов, аспирантов и молодых ученых СЕКЦИЯ ТЕХНОЛОГИЯ И ОБОРУДОВАНИЕ ПИШЕВЫХ ПРОИЗВОДСТВ Барнаул – 2006 ББК 784.584(2 Рос 537)638.1 3-я Всероссийская научно-техническая конференция студентов, аспирантов и молодых ученых Наука и молодежь. Секция Технология и оборудование пишевых производств. /...»

«Ежедневные новости ООН • Для обновления сводки новостей, посетите Центр новостей ООН www.un.org/russian/news Ежедневные новости 25 АПРЕЛЯ 2014 ГОДА, ПЯТНИЦА Заголовки дня, пятница Генеральный секретарь ООН призвал 25 апреля - Всемирный день борьбы с малярией международное сообщество продолжать Совет Безопасности ООН решительно осудил поддержку пострадавших в связи с аварией на террористический акт в Алжире ЧАЭС В ООН вновь призвали Беларусь ввести Прокурор МУС начинает предварительное мораторий...»

«JADRAN PISMO d.o.o. UKRAINIAN NEWS № 997 25 февраля 2011. Информационный сервис для моряков• Риека, Фране Брентиния 3 • тел: +385 51 403 185, факс: +385 51 403 189 • email:news@jadranpismo.hr • www.micportal.com COPYRIGHT © - Information appearing in Jadran pismo is the copyright of Jadran pismo d.o.o. Rijeka and must not be reproduced in any medium without license or should not be forwarded or re-transmitted to any other non-subscribing vessel or individual. Главные новости Янукович будет...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.